то ли Антон, то ли Михаил.
Потом в комнате народу прибавляется, — все вернулись с перекура. Серёга вновь с камерой, снимает меня с Викой. Вика «работает» на камеру, выдавая нечто суперэротическое с полуприседаниями и раздвиганиями ног, а меня штормит ... от её эскапад. Я с трудом удерживаюсь на ногах.
Воспоминания мои становятся всё менее связными. Я сижу на диване. А Вика танцует уже с кем-то ещё. И продолжает целоваться, разумеется. С чувством лёгкой ревности иду курить.
На кухне уже курят. — Вижу в темноте только две голые задницы, их владельцы высунулись в окно, дымят и меня не замечают. Одна из задниц явно женская. Иркина! И в ней неспешно ковыряются мужские пальцы. Глаза мои постепенно привыкают к темноте, начинаю различать детали. Так и есть, — Серёга, в процессе курения, ненавязчиво изучает строение промежности у моей супруги. Супруга моя, как мне показалось, совершенно не возражает, — даже ноги расставила для удобства доступа.
Ревности не чувствую. Даже сейчас, когда сижу, пишу и анализирую свои разрозненные впечатления. Потом я закуриваю. Голубки поворачиваются в мою сторону. Ирка, конечно, очень пьяна. — Улыбается. Серёга мне что-то говорит, одной рукою продолжая обнимать мою жену. Мы болтаем. Ирка с трудом садится на подоконник, протягивает босую ногу в мою сторону, дотрагивается пальцами до моих яиц и играет с ними. Мне нравится. Через какое-то время, Серёга стоит рядом со мною, а с его яйцами также забавляется вторая Иришкина ступня. Наши концы синхронно покачивают головками. Всем всё нравится!
Потом мы идём в комнату. Точнее, нас в комнату тянет Ирка за члены.
В комнате играет энергичная музыка, телевизор даёт слабый свет. А на нашей кровати, освещаемые телевизором, под музыку трахаются Вика с Мишаней. Видны, торчащие в сторону потолка, женские ноги и, скачущая меж них, мужская задница. Антон с Виталиком сидят на диване. Антон с камерой в руках, Виталик — с вином. Оба со стоячими концами. Словно ждут своей очереди к телу. Помню, был в лёгком шоке от Викиного перфоманса.
Затем, я уже тоже с вином, сижу на диване. Ирка рядом. Без вина, поскольку руки у неё заняты, — целуется и обнимается с Серёгой. Музыку кто-то выключил, что-то бормочет телевизор, скрипит кровать, стонет Вика. Почему-то без малейшего удивления замечаю, что Вика трахается уже с двумя харьковчанами. Серёге, похоже, по барабану, с кем секс у его жены. Ему, в этот момент, гораздо интереснее моя жена.
Ещё помню, как мы стелим на диване. Думаю, что у нас кто-то остаётся ночевать. Помню: Ирка сидит на мне, мы пытаемся сделать секс. И помню, что с нашим сексом что-то не склеилось: то ли у меня не стоял, то ли Ирка с меня падала по-пьяни.
Следующее, что я помню, — это утро. Но к нему я вернусь чуть позже. Пора будить благоверную и думать о визите на пляж.
15.08.2008
Молодец муж мой, — всё описал, что запомнил. Запомнил, правда, не всё! Но я постараюсь заполнить пробелы. Мой драгоценный, но ненаблюдательный потопал на пляж, а я «отпросилась» поспать. Спать не хочу. Хочу — пить.
И так, с чего он там начал? — Утро в палатке.
Правильно, это он в палатке отсыпался где-то с краю. А я находилась в самом эпицентре, можно сказать.
Короче, проснулась я, когда солнце чуть припекло и палатка, видимо, стала нагреваться. Проснулась! Ужас — в голове гудит, во рту мухи, сами понимаете, что делали. Жарко, просто невыносимо! Что неудивительно. — Лицом я уткнута в спину своего благоверного, который дрыхнет без задних ног. В мою макушку упирается в чей-то горячий живот. Мало мне этого, — сзади ко мне прижимается ещё одно туловище, мужское, — судя по эрекции. При этом, это самое, мужское туловище явно уже не спит и незаметно (как оно считает) пытается вступить в половую связь с моим телом. Рука медленно гладит мне соски, а твердокаменный конец, также медленно, пытается пробраться к моей
