Все началось с того, что в пятницу меня вызвал начальник и вручил направление на курсы повышения квалификации. Это было неожиданно и приятно — в середине лета, перед отпуском, две недели побить баклуши за партой. Едва скрыв радость, я бросилась назад. Несколько наших девушек уже побывали на курсах, и хоть я их очень плохо знала, тем не менее, я надеялась выяснить подробности и найти лазейки для отлынивания. Как ни странно, я натолкнулась на глухую стену нежелания рассказывать о курсах. Меня тогда не насторожило и то, что все девушки, прошедшие курсы, были стройными симпатичными женщинами, в основном светловолосыми...
Вот так я оказалась перед глухими высоченными воротами посередине такого же забора. Мало того, учреждение находилось на отшибе, практически за городом, метрах в ста от шоссе. Больше похоже на психиатрическую лечебницу, чем на институт. И вывески никакой.
Я решительно надавила кнопку домофона, и калитка в воротах отъехала тихо и шикарно, как в дорогой машине. За забором оказался просторный двор, от вида которого у меня упала челюсть: дворик утопал в цветах и зелени; красно коричневые гаревые дорожки; пара небольших, аккуратно подстриженных лужаек, а чуть вдалеке, в конце аллейки виднелся большой бассейн, из центра которого бил, переливаясь в лучах солнца, довольно высокий фонтан из нескольких струй.
За спиной щелкнул замок, а из виднеющихся между кустами с мелкими белыми цветами стеклянных дверей показалась живописная парочка. Моя челюсть так и не успела встать на место, а глаза просто полезли на лоб.
Первой спустилась с низких ступеней изящная женщина явно восточного типа. Она была очень хороша — чуть скуластое лицо с нежным подбородком, черные глаза в обрамлении длинных роскошных ресниц, тонкие брови, пухлый маленький ротик и иссиня черные вьющиеся волосы. Таджичка или узбечка, я плохо разбираюсь в национальностях наших ближайших соседей. Восточность женщины подчеркивалась полупрозрачными шароварами, вьющимися вокруг стройных длинных ножек. Тяжелые шары грудей были укрыты такой же газовой накидочкой, расшитой бисером — ну, по крайней мере, соски не прогладывали. Ее сексуальность могла бы ослепить любого мужчину, а холодный и неприступный вид — заставить того сразу застрелиться. Потом я уже вспомнила, что один раз видела эту девушку — она была дочерью самого крупного акционера нашей компании.
Впрочем, мой взгляд лишь несколько мгновений был прикован к таджичке (или узбечке). Вторая девушка и стала центром моего внимания, от ее вида я остолбенела.
Вторая девушка была практически обнаженной. Ну, не считать же, в самом деле, крохотные трусики, едва прикрывающие только саму промежность, одеждой. Кроме трусиков на ней были надеты босоножки на высоченной шпильке и... ошейник! Руки сведены за спиной и, судя по движениям, похоже, связаны, светло-русая голова опущена, так, что ее глаз не видно за волной волос. К ошейнику был пристегнут поводок, собственно говоря, азиатка вела на поводке русоволосую.
Я так и пребывала в прострации, когда парочка подошла ко мне, вернее, черноволосая оказалась рядом со мной, а белая — сзади нее, в паре шагов.
— Светлана, кажется? — улыбнулась мне восточная красавица, показывая белоснежные зубки.
— А? Да. — Хотелось себя ущипнуть, не во сне ли все это происходит.
— Меня зовут Лэйла, для тебя госпожа Лэйла. Давай свое направление. Ага, все в порядке. — Лэйла пробежала глазами бумагу, а затем небрежно бросила ее на дорожку.
— Но... — вякнула я, следя, как лист планирует в паре шагов от босоножек азиатки.
Больше из моих уст не вылетело ни одного звука, т. к. мой растерянный взгляд наткнулся на жесткий и какой-то изучающий взгляд Лэйлы.
— Ну, что ж, — кивнула азиатка, — ты мне нравишься. Похоже, ты будешь послушной девочкой.
— Ме-е... Мне-ее...
