последняя сучка. Но я только фыркнула, демонстрируя свое презрение к подобного рода утверждениям.
К сожалению, Андрею не представляло никакого труда проверить, как обстоят дела на самом деле. Он схватил меня за волосы так, что я взвыла, запрокинув голову и выставив мои сиськи в зенит, и тут же его пальцы оказались у меня в трусиках. Черт, такое впечатление, что я была вообще без юбки, да еще сама чуть раздвинула бедра, чтобы мужчине было удобнее войти в меня пальцем!
Мои глаза расширились, а дыхание перехватило, когда я почувствовала, что в мою киску вторгается незваный гость.
Я возмущенно ахнула, но взглянув в искрящиеся глаза мужчины, стиснула зубы. Если его сейчас остановить, то я точно пойду в город пешком!
А Андрей вытащил руку из трусиков и провел пальцем по моей груди, совсем рядом с напряженным соском. Я почувствовала холодок от высыхающей на легком ветерке собственной смазки. Мое лицо стало заливаться краской, и я поспешно опустила голову, не в силах вынести чуть насмешливый взгляд.
Когда Андрей слегка нажал мне на плечи, я еще пребывала в смятении, и поэтому, не сопротивляясь, опустилась на колени. Опомнилась я только, когда перед моим носом возник раздувшийся багровый член.
Я испуганно замерла. Отчаянно хотелось ущипнуть себя, чтобы проснуться. Хотя... Ах, если бы это был эротический сон, в котором все можно! Мой ротик уже безусловно вобрал бы раздувшуюся головку, глянцево поблескивающую на солнце.
Но я не спала, все происходило наяву, поэтому мне нужно еще посопротивляться.
Придав лицу самый простодушный и наивный вид, я взглянула сверху вниз на Андрея, указав на член пальчиком, и брезгливо скривилась:
— А ты ЭТО мыл?
Мой носик не ощущал никаких запахов, словно восставший передо мной член был стерильно чистым.
— Хочешь добиться ухудшения эрекции?
Просто читает мои мысли, стервец! Нет, ну, какой знаток женской психологии выискался! Ладно, пойдем другим путем.
— Э-э-э... , мой господин. У меня есть некоторый э-э... комплекс... Я еще никогда не делала мужчине...
— Послушай, девочка моя, — Андрей, до этого стоявший надо мной, уперев руки в бока и словно наслаждавшийся своей неопадающей эрекцией, впечатляющей, надо признаться, вдруг наклонился и схватил меня за волосы. — Или ты хочешь домой, или не хочешь! Выбирай!
— Ладно-ладно! Чего ты так разнервничался? Я буду послушной девочкой!
Я наклонилась и, зажмурившись, чмокнула твердый член. Не знаю, для чего было это зажмуривание: то ли чтобы Андрей проникся моей «неопытностью», то ли чтобы не сорваться и действительно не взять в ротик такого красавца...
Я выжидающе уставилась вверх.
— И что? — Андрей был несколько обескуражен, даже голову слегка наклонил на бок.
Я часто-часто захлопала ресницами:
— Ты же хотел минет? Я его сделала!
— Ну, все, мне надоело! — зарычал Андрей.
Я раздумывала, не стоит ли мне уже кричать «мама», когда меня подняли на ноги, развернули и бросили на высокую поленницу. Я еле успела упереться в шероховатую древесину руками, чтобы не ткнуться в нее мордашкой. Наверное, уже пора кричать «мама»?
Хотелось испариться, провалиться, исчезнуть, только бы не стоять вот так пред мужчиной, оголившим мне попку, бесцеремонно сдернувшим вниз трусики и... Неужели это случится?
— Мама! — хотела закричать я, когда разгоряченный член буквально пронзил мою бедную киску. Удар был так силен, что мои ножки подогнулись, я бы упала, если бы не этот твердый орган во мне. Только он и поддержал меня на весу! Да и слово «мама» у меня получилось, как «мам — у-у-х». Конечно, никакого эффекта это не произвело!
Правда, Андрей замер, тяжело дыша. Что, стервец, едва не кончаешь? Секундами решил ограничиться? Ха, сейчас я тебе устрою! Я хотела начать двигаться, чтобы заставить мужчину разрядиться, но несколько мыслей
