свой титул «Седьмой лузы» до тех пор, пока мы с тобой не заработаем себе на безбедную жизнь. Армен тоже согласен жить с нами и быть дворецким в нашем будущем особняке. Люблю тебя, хочу, целую, всегда жду. Твоя «Седьмая луза».
Алексей встал и посмотрел на свое лицо в зеркале. В глазах мужественного капитана почти незаметными искорками засветились мелкие слезинки...
«Что это я? Раскисаю, как баба. Капитан, капитан, улыбнитесь», — замурлыкал он одну из своих любимых песен. В этот момент в дверь его каюты постучали.
— Войдите! — бодрым голосом крикнул он.
В каюту вошла рыжеволосая Зинка — буфетчица. Это именно та должность на судне, про которую моряки говорят: «Буфетчицу дерет только капитан». Это золотое правило не было исключением и для его судна. А двадцатилетней девице, бывшей детдомовке, это даже льстило: «Еще бы! Сам капитан трахает меня, не то, что там какой-то грязный боцман или вообще тупорылый, вонючий матрос», — ликовала буфетчица и рада была запрыгнуть в капитанскую постель при первой же возможности.
Зинка не была красавицей. Небольшого росточка, коренастая, с крупной грудью и оттопыренной попкой она не вызывала особых сексуальных симпатий. Но это касалось тех, кто ее не пробовал как женщину. Детдомовские девчонки, изголодавшиеся по мальчишкам, были сексуальны и очень изобретательны в сексе.
А главное — они давали мужикам делать со своим телом все, на что только была способна мужская сексуальная фантазия. Они понимали, что чем выше интеллект, тем ниже поцелуи и поэтому жались к трудовой интеллигенции, а не к грубому «рабочему» классу, нередко распускающему не только штаны, но и руки.
— Как сегодня? — спросила Зинка, приподняв, словно невзначай краешек мини-юбки и показав под ней полоску белоснежных трусиков.
— Как всегда. По плану, — улыбнулся Алексей, который уже так привык к этой нахалистой девчонке, что был не в силах ей практически отказать ни в чем. Зинка чувствовала это, ценила, но «палку» не перегибала, понимая, что «интеллигенция» этого не любит. Зинка соблюдала золотое правило буфетчицы: с командой можно иногда втихаря перепихнуться за деньги, но с капитаном — только по любви. У нее не было далеких планов по адресу ее любовника. Она просто удовлетворяла его сексуальную потребность и сама наслаждалась сексом со столь изобретательным и понимающим в этом деле сексуально-грамотным человеком. Но однажды с ней произошел невероятный случай. У нее вдруг объявился дедушка, о котором она даже не подозревала.
Старик, которому было далеко за семьдесят, оставил ей в Ялте в качестве наследства двухэтажный коттедж и приличную сумму в баксах на депозитном счету. Он тоже плавал, работал стармехом на судах одной из голландских компаний, и нашел ее случайно через одного из своих дальних родственников. Став наследницей, Зинка взялась за себя всерьез. Она перестала трахаться с кем попало, накупила себе французской косметики и разных модных тряпок и стала спать только с капитаном. О таком перевоплощении буфетчицы команда только руками разводила, поясняя это только любовью. Бывая на берегу, она зачастую возвращалась с такой модной прической и макияжем, что даже боцман, дежуривший по судну, и обычно равнодушный к женскому полу, ахнул и чуть не сел мимо скамейки, когда увидел поднимающуюся по трапу буфетчицу. Перед ним стояла не рыженькая Зинка с зелеными глазами, а сама знаменитая Мерилин Монро. Зинка в течение трех месяцев так поработала над своей фигурой, что все элементы ее тела приобрели нужные пропорции.
Ее тело оставалось небольшим, но смотрелось столь миниатюрным, что не только на судне, но и на берегу многие мужчины оборачивались и глядели ей в след. Одним словом, как в известной сказке, гадкий утенок превратился в небольшого, но красивого лебедя. Теперь и капитан стал посматривать на буфетчицу не
