засадив ей член, что той показалось, будто это злой янычар забивает ей в попу осиновый кол. Он был в трансе и уже не помнил, как он драл это еще полудетское тело, которое явно не находило желаемого удовлетворения в руках ее мужа.
Эти воспоминания первых дней его командирства на артиллерийской базе вновь всколыхнули его чувства. Тогда, утром, проснувшись в объятиях двух страстных, молодых женских тел, с одной из которых он только поиграл в любовь, удержавшись от настоящего сношения, позволили ему вскоре вновь установить положенную дистанцию между начальником и подчиненной, предварительно объяснив ей, что тогда в его теле бушевали не чувства, а выпитая водка. Молодая женщина, казалось, успокоилась и несколько разочаровалась, поверив подруге, что заняв ее место, она станет истинной хозяйкой базы, и он будет плясать под дудку ее чуткого и мудрого руководства. Но этого не произошло, так как Зуев упорно считал секс в попу простым, дружеским развлечением, приравнивая этот вид сношения к элементарной мастурбации.
... На следующий день в установленное время в его кабинете появилась знаменитая на всю базу Наталья Привезенцева, которую застукали в позе с мичманом Бабенко на караульной вышке.
— Наталья Михайловна, — начал Зуев, — это ваше заявление?
Та, молча кивнув, опустила голову.
— Вы серьезно хотите покинуть нас? — продолжал наступать командир.
— Да, — почти прошептала та.
— Почему? — задал издевательский вопрос Зуев, претворившись незнайкой.
— Из-за Владимира Степановича...
— Мичмана Бабенко, что ли?
— Угу, — почти промычала та.
— И чем же он так вам насолил? — вопрос звучал инквизиторски.
— Ну, вы же сами все знаете, — смахнула непрошенную слезинку женщина.
— Позвольте. Я ничего не знаю, оттого и спрашиваю. Вот скажите, что я должен делать с этой бумажкой? — помахал он в воздухе заявлением Натальи.
— Не знаю. Вы — командир, вам — решать...
— А у вас какое образование?
— Высшее, техническое...
— Вы что заканчивали?
— Питерскую техноложку.
— Диплом с вами?
— Конечно.
— Можно полюбопытствовать?
Наталья, молча, вынула из сумочки диплом и протянула начальнику. Тот несколько минут разглядывал его, а потом поднял на молодую женщину удивленные глаза.
— И с такой бумагой вы на караульной вышке паритесь?! — его вопрос прозвучал в шутливо-угрожающей форме.
— А что делать? У нас в управлении части только блатные сидят...
— Так уж и все... После ухода Нины Федоровны с должности секретаря и перевода на эту должность Татьяны Зацепиной, должность инженера в техническом отделе до сих пор вакантная. Пойдете?
— А что там делать?
— Решать технические вопросы...
— А я справлюсь?
— Ну, знаете, «Не боги горшки обжигают». Поработаете, присмотритесь, если что-нибудь будет непонятно — объясним, если возникнут трудности — поможем, так что дерзайте. Вот вам лист бумаги, пишите заявление о переводе на новую должность. Только с мичманом Бабенко и начальником охраны придется завязать. Вам ясно?!
— Конечно, — покраснела женщина и начала писать заявление.
Подписав его, Наталья протянула его начальнику. Тот тут же наложил резолюцию: «Секретарь! В приказ!».
— Ну, а теперь, Наталья Михайловна, не мешало бы обмыть это событие. Ваше мнение?
— Прямо здесь?
— Ну, зачем же. У нас для этого есть отдельный кабинет, — сказал Зуев и открыл дверь, спрятанную под висевшим на стене ковром.
Наталья шагнула через порог и обомлела: это была не просто комната, а алтарь любви. На стенах висели крупные фотографии совершенно голых женщин из управления части. Открывала экспозицию всем известная Нинка, у которой было на что
