посмотреть, Танечка была запечатлена в любимой позе буквы «Г», голая главбух, сидя в кресле, откровенно мастурбировала горлышком небольшой бутылки из-под «Пепси». И что удивительно: на стенах не было ни одной фотографии мужчины. Натаха оцепенела от такой неожиданности, а потом, придя в себя, повернулась и хотела было бежать, но ее остановила властная рука начальника.
— Ну, куда вы, Наташенька. У нас тут такой закон: кто входит в эту комнату, без своего фото на стене не выходит. Это своеобразная визитная карточка. Так, что садитесь, милая, сейчас обмоем ваше назначение на новую должность, — сказал шеф и выставил из холодильника бутылку коньяка и скромную закуску.
— А вы не боитесь, что там (она ткнула пальцем в потолок) узнают про все это, — она кивнула в сторону одной из стен.
— Не беспокойтесь. Там (он тоже ткнул пальцем в потолок) тоже все схвачено. Но я не завидую тому, кто попытается проболтаться об этом. Вам все понятно, милая?! — он так посмотрел ей в глаза, что у той побежали по телу мурашки.
Они выпили, закусили. Он глянул на часы.
— О! Время приема по личным вопросам уже давно истекло. Пора к делу приступить. Вы не против?
Наталья улыбнулась, встала и начала медленно раздеваться. Оставшись в плавках и лифчике, подошла к столу, подняла рюмку с коньяком и залпом выпила ее. Зуев протянул ей длинный, полуспелый банан. Наталья многозначительно посмотрела на шефа, встала, подошла к дивану, сняла плавки, повернулась лицом к шефу, села на диван, широко раздвинула ноги и, откинув голову на спинку дивана, закрыла глаза, поднесла банан к своей «щели», вставила и стала совершать им медленные поступательно-возвратные движения. Зуев смотрел это кино немигающим взглядом, потом стал тоже раздеваться. Сняв все, он с торчащим членом подошел к женщине, которая, закрыв глаза, постанывала в так своим движениям.
— Тебе помочь? — спросил шеф.
— Да. Поработай ты, только медленно. И пожалуйста, сними шкуру с банана: без нее приятнее.
Зуев сделал так, как она просила. Он мастурбировал бананом, а она стонала все громче.
— У тебя есть скоч? — внезапно спросила она.
— Есть. А зачем?
— Заклей мне рот, а то орать буду.
— Что, так страдаешь?
— От избытка чувств.
Он выполнил ее просьбу, а затем взял фотоаппарат и щелкнул фото. На экране аппарата появилась голая Наталья с заклеенным ртом и торчащим бананом между ног.
— Это для коллекции, — пояснил он и, опустившись перед ней на колени, припал губами к банану. Сначала он поиграл им в игру «Ванька-Встанька», а затем стал по кусочку откусывать. Когда банан был съеден, Зуев припал губами к ее «щели», поиграл языком с клитором, а затем стал отсасывать из этой узкой подрагивающей скважины появляющуюся в ней жидкость. Натаха мычала, как стельная корова, извиваясь на диване, словно пришпиленная к земле змея. Затем она так стала поддавать ему тазом, что чуть не разбила лобком его губы.
Она вцепилась своими ногтями в кожу его головы так, что чуть не сняла с него скальп. Ее движения все убыстрялись до тех пор, пока струя мокрого оргазма не окропила его с головы до живота. От неожиданности он отпрянул, но струя достала его.
« Вот это баба! Никогда у меня не было такой супер-сексуалки. Она станет бриллиантом первой величины в моей коллекции», — подумал он, глянув на стену, где висели фото побывавших здесь женщин. Затем он уложил ее на ковер, лежащий на полу, раздвинул ноги, лег сверху, вставил член и начал ее драть со всей ожесточенностью, словно мстил за только что мощную струю, окропившего его. Он сразу понял, что у них одинаковые калибры. Члену в ее «пещерке» было до чертиков приятно и уютно, а совершая привычные движения, он испытывал такое сладостное чувство удовлетворения, которого он доселе не испытывал никогда. Куда-то вниз провалился секс с его
