колени. Я чувствовала его руки сквозь тонкую ткань рубашки, словно была голой, я с трудом могла вздохнуть. Осмелев, я начала нерешительно отвечать ему, обняла за шею, касаясь голыми руками его крепких плеч. Всё тело ломило от странного нетерпения. Я повернулась к нему лицом и села, обхватив его ногами. Он замешкался от неожиданности, придержал меня и посмотрел в глаза. Мы оба тяжело дышали и таращились друг на друга, не решаясь заговорить.
— Лия, — наконец, вымолвил он. — Хватит.
— Да, — выдохнула я и улыбнулась. — Да, конечно. Спасибо.
— Нда... понятно. Не за что.
Я соскользнула с него под одеяло и неловко улыбнулась. Мэт поднялся и вышел, не глядя на меня.
Не знаю, что нашло на меня следующим вечером. Я неважно спала, всё думала о Мэтью и его длинноногих подружках, с которыми он пропадал каждый вечер. Мне было обидно до слёз, что за весь день он и словом не обмолвился со мной, поэтому, когда бабушка с дедушкой улеглись, я натянула короткое атласное платье с японским воротом — самое короткое в этом захолустье — туфли на каблуках (страшно не удобные, но я же хотела произвести впечатление), и потихоньку выскочила из дома.
Из его телефонного разговора, который я подслушала днём, мне было известно, что вечеринка по поводу Хэллоуина замышлялась в ангаре неподалёку. Что было здорово, поскольку, это не бар, а значит, я могла запросто туда пройти, затеряться в толпе и Мэт меня даже не заметит... если я этого не захочу.
Туфли уже порядком натёрли мне ноги, пока я добралась до огромного сарая, оттуда громом разносилась музыка и весёлые вопли. Я протиснулась в дверь: было страшно накурено, люди проталкивались мимо друг друга в сизом дыму, все в костюмах или ошмётках костюмов, с потолка свисали ленты и бумажные фигурки ведьм, мётел, тыкв, летучих мышей, пауков, воздушные шары и серпантин.
На меня обрушился грохот тяжёлого рока и громких голосов. Кто-то тут же сунул мне в руки бутылку пива, выкрики «Малышка, выпей с нами!», «Эй, красавица!» и залихватский свист били по ушам со всех сторон. Я протолкалась к столику с напитками, где было поменьше народу, и стала нервно поглощать пиво. Все, кто подходил ближе, глазели на меня, парни пытались познакомиться, причём, не выбирали выражений. Мне стало страшно неуютно в этой клоаке. Что ж, если люди так взрослеют, то позовите мне Питера Пэна! Я уже всерьёз подумывала о том, как бы оттуда потихоньку свалить, когда в компании нескольких девушек и ребят, заметила Мэтью. Чёрт, и зачем только припёрлась! Я залпом допила бутылку, едва не подавившись, и, круто развернувшись на каблуках, решительно собралась дать дёру. И дала я дёру прямо в грудь какого-то колхозника. Высокий, могучий, плохо выбритый пьяный парень, не то что бы отвратительный — вполне обычный. Я сглотнула и подняла на него глаза. Ну и лось!
— О! — радостно сказал он. — Гляньте, кто тут у нас! А почему я тебя раньше никогда не видел?
Он беспардонно схватил меня за талию, улыбаясь во все зубы. Я упёрла руки ему в грудь, стараясь быть как можно дальше от этой туши.
— Я не местная, извините, — пискнула я.
— Ты послушай, Макс! Извините! Ха! — он повернулся к своему не менее лосеподобному приятелю. Тот осклабился, продолжая пожирать меня глазами. — Городская, что ли? Ну-ка, выпей с нами!
— Я... я уходила уже! Не могу! — кривовато улыбнулась я, пытаясь оттолкнуться от него.
— Что? Я рожей, что ли, не вышел? — он нахмурился.
— Нет-нет! Меня просто дома ждут! Я вообще тут случайно! — я оглянулась, ища глазами Мэта.
— Ха! Ты слышал? В таком платье — случайно, — он сжал своей лапой мою ягодицу через дорогую ткань.
Вот тут я действительно озверела. Неужели, взрослые так себя ведут? Мне захотелось его голыми руками придушить.
— Отпусти сейчас же! — крикнула я, глядя в его пьяные
