заниматься любовью они стали почаще. Внешне — идиллия. Но стена, разделившая их, так и не рухнула, казалось, наоборот стала крепче. Жена решила, что отдаваться мужу почаще легче, чем выслушать его, и хотя бы попытаться пойти на компромисс. Поэтому, лаская супругу, П. видел лицо Н., представлял её в своих объятьях, ему было и страшно и сладко от этого. Отношения с коллегой тоже шли не лучшим образом. Они подошли к какой то черте доверия друг к другу, и чётко знали, что постели им не избежать. Однако Н. не торопилась. Ей доставляли явное удовольствие ухаживания П., его постоянные попытки побыть рядом, прикоснутся к её плечу, талии. Пару раз он делал ей лёгкий массаж шеи и приводил этим в сильное возбуждение, однако Н. строго придерживалась правила: «НЕТ СЕКСУ НА РАБОТЕ!». Однако не забывала делать небольшие авансы, ничего конкретно не обещая, но явно давая понять: «Жди, всё будет, но не сразу». И П. ждал, желания его только обострялись, жена дома не могла нарадоваться на ставшего таким хорошим и сексуально голодным мужем, который выплёскивал на неё всю свою нежность, предназначенную другой, и был очень разочарован, когда вместо шоколадной конфеты бурной страсти получал тощенький леденец супружеского долга. Так все и шло, у П. потихоньку развивался комплекс неполноценности на фоне половой неудовлетворённости. Но однажды произошло чудо, вернувшее ему и веру в себя, и надежду на продолжение отношений с Н. Как то она попросила подвезти её домой пораньше, у неё в городе были дела, подготовка к семейному празднику и к долгой поездке на отдых. У П. дрожали руки, когда он завёл автомобиль и тронулся с места. Рядом сидела та, о которой он мечтал несколько месяцев, ради которой был готов на любые безумства. Он робко положил рук на её коленку. Она только улыбнулась и не сделала попытки сбросить её. Ободрённый, П. начал гладить её ноги, прикасался к лобку, Н. не делала попыток остановить его ласки, но и не реагировала на них. Возбужденный мужчина резко свернул с трассы на просёлок и помчался подальше от людских глаз. Остановившись в какой то ложбине, повернулся к пассажирке и стал осыпать её лицо смелыми и жадными поцелуями, преодолев небольшое сопротивление снял её куртку, расстегнул блузку, лифчик и требовательно припал к полной, мягкой груди Н., упиваясь запахом её разгорячённой кожи и чувствуя непреодолимое желание взять её прямо тут и сейчас. Но Н. не позволила стянуть её джинсы и кружевные голубенькие плавочки.
— Не сегодня, прошу, не надо, — прошептала она дрожащим голосом. Она и хотела близости и боялась её, к тому же место было глуховатым, и опасение быть просто изнасилованной не добавляли ей радости. — Пожалуйста, не сейчас, — повторила она с мольбой в голосе. У П. голова была пустой — вся кровь прилила к пенису и думал он его головкой. Но тормоза все же сработали и он отстранился от желанного тела.
— А может... — начал он прерывающимся голосом,
— Нет, — твёрдо отрезала Н., и, уже мягче, — подожди, ты узнаешь когда я отважусь на всё, правда, просто всё так неожиданно, ты хороший парень и всё такое, но пока я не... — осеклась женщина увидев полные тоски и обиды глаза П. «Ну что же мне теперь делать? Как быть? Он или убьёт или возненавидит меня! Черт, почему так рано?» пронесся вихрь мыслей в её голове.
— Приласкай меня, — как то тихо и уже безнадёжно попросил П., уже ни на что не надеясь, и благодарный даже за эти минуты, когда он прикасался губами к желанному телу, за минуты, когда он был счастлив от предвкушения и был уверен что сейчас произойдет чудо и Н. безрассудно отдастся его рукам, губам, что его член войдет в её влажную от желания щёлку, он будет жадно целовать её отвердевшие соски, они будут двигаться медленно, но страстно, устремляясь к блаженству. Тем больнее было отпустить горячее тело, но П. не мог обмануть её молящие и слегка испуганные
