полуторагодовалого карапуза между ножек детским маслицем, просто отнесла его в манеж.
— Поголопопит до обеда, — с улыбкой пояснила она мне.
— Ну что, Коля? — обратилась я к своему мальчишке, — Стол свободен. Пошли!
Я подвела Колю к пеленальному столу и не без труда подняв мальчишку наверх, уложила его на спину.
— Просто ужас! — проворчала я, осторожно разворачивая Колин подгузник.
Привычно задрав мальчишке голые ноги, я принялась вытирать ему попу — сначала чистым концом обкаканного подгузника, а потом детскими салфетками. После салфеток я перешла на ватные палочки. «Вставлю в попу сразу три, — решила я, — Чтоб в следующий раз хорошенько подумал, чем ему грозит грязный подгузник».
— Лежи спокойно! — прикрикнула я на ёрзающего мальчишку, сильнене прижимая ему ноги к животу, — Надо было вовремя проситься на горшок. Тогда б и попу тебе вытирали по другому.
Подразнив мальчишку ватными палочками еще полминуты, я потянулась за стоявшей на столе баночкой с детским вазелином. «И вправду не стоит тратить на Колю дорогой крем, — подумала я, — Чтоб Ирина не спрашивала, почему он у меня так быстро уходит».
— Хорошенечко помажем попу, — принялась приговаривать я, водя указательным пальцем у мальчишки между ягодичками.
Мазала я Колю вазелином чуть ли не пять минут — решила в наказание за грязный подгузник подольше помучить мальчишку щекоткой,. Не говоря уже, как было прикольно наблюдать за беспомощным шестилетним пацанёнком и посмеиваться над его тщетными попытками увернуться от моих пальцев. Закончилось всё, как обычно, детской струйкой.
— Ну что, довольна? — улыбнулась Лена, — Защекотала мальчишку до фонтана.
— Подумаешь, — усмехнулась я, — Хочу чтоб он и твою лошадку, и это подмывание надолго запомнил.
Я наклонилась к сумке и вытащила оттуда аккуратно сложенный подгузник.
— Последний, — нахмурилась я, — Только два сюда взяла. Откуда я знала, что они у Коли так быстро уходят.
— Чего разглядываешь подгузник? Одевай, — усмехнулась Лена.
— Может оставить, как твоего, без памперса? — нерешительно сказала я.
— Шестилетнего мальчишку? — засмеялась Лена, — Тоже скажешь.
— А что? — улыбнулась я, — Пусть поголопопит до обеда, как твой Серёжа. Коля так прикольно в этой коротенькой маечке смотрится.
— Особенно с соской во рту, — добавила Лена и мы дружно засмеялись.
Я сняла Колю со стола и оставив голопопого мальчишку растерянно стоять посреди комнаты, уселась с журналом на диван.
Минут через пять Лена позвала всех обедать. Подгузник она своему карапузу так и не одела — просто постелила на колени клеёнку с марлей перед тем, как посадить туда малыша. Решив, что Коле подгузник тоже ни к чему, я точно так же, как Ленка, усадила голопопого шестилетнего мальчишку у себя на коленях.
— И слюнявчик повяжем, — с улыбкой добавила я, — У тебя, Ленка, еще один найдётся?
Лена молча показала на лежащий на подоконнике жёлтый слюнявчик.
— Спасибо, — кивнула я, с трудом дотянувшись до слюнявчика.
«Какой недовольный» — улыбнулась я, завязывая тесёмки Колиного слюнявчика.
— Знаешь, зачем тебе обели слюнявчик? — спросила я мальчишку, — Потому что я сейчас буду кормить тебя с ложечки, как малыша. Не хочу два часа ждать, пока ты всё съешь.
Я взяла лежавшую рядом с тарелкой ложку и начала кормить Колю супом.
— Эту ложечку за маму, — ласково приговаривала я, с трудом сдерживая смех, — А эту за бабушку. Какой вкусный фасолевый суп. А теперь еще одну ложечку — за твою няню. Какой Коленька молодец. Нравится супчик?
Ложку за ложкой и вилку за вилкой я скормила мальчишке весь обед: фасолевый суп и картошку с котлетами. На третье Лена дала яблочный
