какая то обдуриловка! То, что творится у нас в стране!
— Ну, ты и пидор! — Только и проговорила я.
— Ах ты, сука! — Заверещал Слон и ринулся на меня.
— Стоять! — Гаркнул лейтенант.
— Этот подонок, — кивнула я на Слона, — меня изнасиловал. Их было двое, второго звали Колян.
— И куда же он вас изнасиловал? — Ехидно с усмешкой спросил лейтенант и ткнул резиновой дубинкой мне в промежность. — Сюда?
Я не ответила.
— Семёнов! — Крикнул мент, — обыщи её! Должна быть тысяча.
Ко мне подошёл сержант.
— Руки подняла! Быстро!
Я подняла руки. Полы плаща тут же разъехались, оголяя мои достопримечательности. Глазки у сержанта разгорелись
— А теперь встань лицом к стене, и помести руки на неё, — приказал он. Но я продолжала в замешательстве стоять. Тогда он сам развернул меня за плечи, поместил мои руки на стену и принялся с небывалым рвением выполнять команду. Свою ногу он вставил между моими ногами и одним порывом заставил развести их в стороны. Я почувствовала, что моя поза очень неуклюжа и унизительна.
— Я ничего не крала. В чём я виновата? — Снова попробовала спросить я, но он игнорировал мои вопросы.
Руки мужчины бегло ощупали меня сверху, задержавшись на грудях, скользнули вниз по животу до талии, затем в стороны и вверх до подмышек. Потом он повернул меня к себе и опять начал щупать меня от подмышек до талии.
Вдруг сержант резким движением раздвинул мои колени в разные стороны и ощупал область промежности, начиная от лобка и заканчивая ягодицами. Его руки были тяжёлыми и требовательными. Я чувствовала их прикосновение на своём теле, и это вызывало неприятные ощущения.
— Да брось ты, так мы ничего не найдем. Положи её! — Распорядился лейтенант.
— Наверное, ты прав. Так надёжнее, — согласился сержант.
Ко мне сзади подошёл второй сержант и, сунув руки подмышки, потянул вниз. Я даже ойкнуть не успела, как оказалась лежащей на спине. Тогда первый присел передо мной и, взяв меня за ноги, положил их себе на колени. Я оказалась, как в гинекологическом кресле. Обе мои ноги в чулках и туфлях были раздвинуты в стороны и лежали на коленях сержанта. Взявшись обеими руками за кружевной пояс, поддерживающий чулки, он оттянул его и проверил, не спрятано ли что-нибудь там.
Затем, пропустив свою левую руку под коленями моих ног, он поднял и поджал их прямо к моей груди. Другой свободной рукой он «обласкал» мои бёдра, пройдясь вначале вокруг левого, затем правого бедра. Потом я почувствовала, как рука скользнули по промежности, прошлась по моей киске и по чулкам спустилась вниз к туфлям.
— Пусто! — Он выпрямился, приказал снять туфли и проверил их внутри. Ничего там не найдя, он кинул их мне, и когда они заняли соответствующее место, с напарником поднял меня на ноги. Проверил карманы плаща и выудил оттуда сотовый и какую-то мелочь — сдачу из магазина.
— Пусто, — удовлетворённо повторил он. — Только это, — и передал находку лейтенанту.
— Ладно, — тот подошёл ко мне. — Раздвинь-ка губы. Те, нижние... Срамные... По-жа-луй-ста! — По слогам серьёзно попросил он и присел на корточки перед моим лобком. Я раздвинула губы.
— Шире! — ткнул он дубинкой.
Я раздвинула, так, что чуть матку не вывернула. Из влагалища потекли остатки спермы. Не обращая на жидкость никакого внимания, он обе свои руки положил на внутренние поверхности моих бедер вплотную к промежности. Указательные пальцы задержались около входа в отверстие, как бы невзначай задели соседние места, затем медленно начали проникать внутрь. Я застонала от унижения, извиваясь всем телом, но пальцы ... его проникали всё дальше и дальше. Какое-то время он там с воодушевлением шевелил ими, потом наклонился ко мне ещё ближе.
— Гм, — усмехнулся он, — похоже,
