слушать свою бывшую подругу. Ольга начала свой рассказ.
— После того, как эта проститутка Ленка обманом усыпила меня и освободила тебя, вспомни, как ты со своими подругами издевалась надо мной, я думала, что не выживу после ваши пыток и оскорблений, но, значит, так было угодно судьбе, чтобы, не смотря на всё, я вновь стала хозяйкой положения. Но за все пытки, которая я перенесла от вас, ты ответишь, а также твои подруги, начнём с тебя, а до них очередь дойдёт тоже. Я немного отвлеклась.
— Как только вы уехали и ты оставила меня этой курице Ленке, я ещё около месяца отходила от пыток, эта мразь, не испытывала ко мне никакой жалости и не одного раза не обработала мои раны и не дала мне лекарства, чтобы я сама смогла это сделать. Я была настолько слаба, что не могла передвигаться самостоятельно, эта сука держала меня в подвале привязанной на цепь, я спала на холодном бетонном полу, на который был подстелен лишь тонкий половичёк, кормила она меня два, а иногда и один раз в день и то давала, холодную кашу, которую невозможно было есть даже животным. В туалет я ходила в ведро, которое находилось на расстоянии вытянутой цепи, в подвале было постоянно прохладно и пахло моими испражнениями. Хорошо ещё, что эта сука не мучила меня. Но те рабыни, которых ты оставила ей иногда причиняли мне боль. Эти суки, пользуясь моей слабостью и беспомощностью, издевались надо мной, им хотелось показать своё превосходство. Прошёл месяц, я начала понемногу приходить в себя, раны стали заживать, я стала набирать силу, но не показывать её Ленке и её рабыням. По прошествии двух с половиной месяцев, я окончательно восстановилась, но была очень слаба из-за скудного питания, поэтому решила любыми путями выйти из подвала на свободу.
Взяв со столика бокал с вином, и отпив несколько глотков, Ольга продолжала.
— Я была смиренна и вежлива со своей тюремщицей, стала чаще заводить разговоры о том, что раскаиваюсь в своём и поведении и готова начать новую жизнь и посвятить её полностью своей Госпоже, то есть Ленке. По началу она совсем не слушала меня, но в моём голосе и взгляде было столько мольбы и страдания, что эта блядь, в один прекрасный день отвязала меня от этой проклятой цепи и вывела из подвала в дом. Я уговорила её, что буду помогать её служанкам, заниматься домашним хозяйством, делать бытовую работу, и что она прикажет. Мне повезло, что Ленка не особо стремилась быть Госпожой, бывшие твои рабыни жили у неё, как на курорте, она особо их не напрягала, и не придиралась к выполненной работе. Меня естественно, работой по дому загружали в полном объёме. Я была самой низшей из них всех, мной командовали, даже эти низшие существа, — рабыни. Но я знала, что всё равно выберусь из этого ада. Через пол года я уже полностью набралась сил, льстила этой мрази и потихоньку начала завоёвывать её доверие. Через десять месяцев мы были больше подругами, но всё равно вся работу по дому лежала на мне, эту проститутку устраивало то, что бывшая начальница, с утра до вечера работала на неё. Но наши отношения стали намного доверительней. Однажды вечером я разыграла перед ней сцену, что очень сожалею о том, что я натворила и раскаиваюсь в своём поведении, их моих глаз лились слёзы, но это были не слёзы раскаяния, а слёзы сожаления о том небольшом времени, когда я была твой Госпожой. Как не странно Ленка поверила мне, а дальше было дело техники, я старалась не перегнуть палку и полностью вернула её доверие. Издалека я начала заводить с ней разговор о том, куда она инвестировала деньги, доставшиеся от тебя, но делала это настолько грамотно, что получалось, будто не я этим интересуюсь, а она сама советуется со мной, как лучше вложить свои сбережения. В бизнесе она совсем ничего не понимала, у неё не было никакого образования, и если бы не ты быть ей всю жизнь простой секретаршей, её удел подавать кофе, на большее она не способна. Я
