рассказал ей про тот случай в перевязочной, как больно мне было видеть то, как ею владеет главврач... А ещё про то, как меня подловила Наташка, предложив свои ласки, а я даже в порыве страсти назвал её имя...
Это настоящее облегчение признаться человеку, которого любишь в своих чувствах. Даже если ты знаешь, что тебе никогда не ответят взаимностью.
Она, молча, слушала меня, изредка улыбаясь (особенно в рассказе о случае с Наташкой), и казалось, что лучше её, меня никто не сможет понять. Я предложил ей бежать — куда глаза глядят: из этой больницы, где всё перевернулось с ног на голову, из этого проклятого города... Мы будем жить вместе, только вдвоём, вдали от всех! Я буду работать, и у нас будет самая настоящая... семья!
— Глупый малыш, — нежно сказала Люба, — ну куда же я отсюда поеду? У меня здесь мама, бабушка, да и другой работы я, скорее всего, не найду. Ты ещё совсем маленький, честный мальчик. Ты ещё встретишь свою девочку... лет через пять! А пока наслаждайся жизнью! Не переживай за меня! Всё будет хорошо! — и она мне улыбнулась той самой улыбкой, которая когда-то свела меня с ума...
— Кроме того, у меня есть любовник, — призналась она в довершении всего, — я не хочу с ним расставаться!
Это был контрольный выстрел — в голову.
— А главврач? — воскликнул я.
— А что главврач? Старый импотент... Ну и что? Тысячи женщин спят со своими начальниками — и в армии, и в милиции, и ничего... Зато у меня и зарплата побольше, чем даже у старшей сестры... не бойся за меня, я не пропаду...
Я молча смотрел на неё. В глазах стояли слёзы. Ну почему мне только 18 и я только санитар? Если бы я был богатым и старым, она бы наверняка сказала бы мне да. Таким ни одна женщина не отказывает...
Видимо, чтобы как-то утешить меня, видя моё состояние, Люба сказала мне:
— Кстати то, что ты мне рассказал про то, как ты назвал моё имя, мне было очень приятно слышать! И знаешь, мне кажется, я смогу тебе помочь...
Мы вышли из сестринской и поднялись на лифте на последний этаж. Там мы нашли пустую одноместную палату. Это была палата «повышенной комфортности», иначе говоря, VIP. По этой причине она почти всегда пустовала. Мало у кого хватило бы денег в ней лечиться, а у кого хватило бы, ни за что не выбрали бы нашу больницу!
VIP-палата была обставлена, как хороший гостиничный номер! В ней были: ковёр, душ, туалет, телевизор и даже кондиционер — настоящая редкость в российских больницах! Не хватало только мини-бара с холодным шампанским!
— Подожди меня, я быстро, — сказала Люба, скрывшись за дверью душа. Послышался шум воды...
Я стоял у окна и смотрел на звёзды. Острые звёздные лучики плясали по кругу, а большая, слегка поеденная луна мне улыбалась доброй, слегка ироничной улыбкой...
«Неужели это произойдёт сегодня? Сбудется моя мечта, и я стану мужчиной?» — заворожено думал я. На горизонте огромные трубы теплоэлектростанции спускали белые клубы пара, которые медленно плыли по чёрному ночному небу, превращаясь в облака. Какая чудесная ночь!
Люба появилась из душа совсем неслышно. Я не услышал её шагов, лишь почувствовал её теплое дыхание и еле ощутимое касание тонких чувственных пальцев по моей спине. Я медленно повернулся...
Она была в одном полотенце. От неё пахло горьковатым травяным шампунем и ещё давно забытым, но знакомым из детства запахом мыльных пузырей!
Она провела рукой по моей щеке. Её пальцы были необычайно нежны, а прикосновения невесомы... Я смотрел, не отрываясь, ей прямо в глаза, а она улыбалась мне... Мне выпало редкое в жизни счастье видеть эту улыбку наяву, своими глазами!
Она помогла мне снять через голову свитер, а потом и футболку. Присев на корточки, она расстегнула на мне брюки и спустила их вниз.
Мы подняли колючее больничное одеяло и улеглись на хрустящие накрахмаленные простыни широкой кровати для
