— Наверно и вправду всё на нервной почве. Представляю какой он тут испытывает стресс.
Как всегда, посидев со мной до ужина, мама попрощалась и ушла. После ужина все тоже было, как обычно: медсестры несколько раз подсовывали мне горшок и заставляли его в своем присутствии наполнять, заявляя что они, взрослые, лучше знают, когда мне пора ходить по-маленькому.
Через час после ужина Света с Таней начали собираться.
— Сейчас придут ночные медсестры, — пояснила Таня мамам.
Впрочем ждать новых медсестер пришлось еще чуть ли не полчаса.
— Привет, Наташа, — поздоровалась Света с зашедшей в палату симпатичной девушкой в белом халате, — Где вас с Юлей носит? Уже заждались.
— Извините девчонки, автобус опоздал, — принялась оправдываться Наташа.
Через пару минут в палату зашла вторая медсестра — Юля. Света с Таней принялись быстро вводить ночных медсестер в курс дела. Разумеется мне опять пришлось слушать рассказ о своих конфузах.
— Правда при нас ни разу под себя ни ходил, — заметила Таня, — Наверно потому, что заставляем часто писать в горшок.
— Ужасно капризный и упрямый мальчишка, — добавила Света, — С ним надо построже — только тогда делает все, что положено.
— А остальные как? — поинтересовалась Юля.
— Малыши? — уточнила Света, — С ними никаких проблем.
— Ирина Владимировна просила поставить всем перед сном клизмы, — вспомнила Таня.
— Хорошо, поставим, — без особого энтузиазма сказала Наташа, — Семилетнему конечно тоже?
— Всем, — повторила Таня.
Попрощавшись с мамами, Света с Таней быстро покинули палату. Я украдкой разглядывал новых медсестер. Как я и ожидал, едва освоившись в палате, они объявили, что сейчас начнут ставить всем клизмы.
— Сначала наверно самым маленьким? — вопросительно посмотрела на Юлю Наташа, — Я займусь шестимесячным.
— А я одним из полуторагодовалых, — решила Юля.
Я принялся наблюдать, как медсестры ставят малышам клизмы. Особенно меня поразило, как они заставляли всех какать — прямо на столе, на постеленную под попой марлю. Наташа делала все намного быстрее Юли и, пока та возилась с Мишей, успела справиться сразу с двумя: Артёмкой и Серёжей. Прикинув, сколько каждая из медсестер успеет «обслужить» малышей, я подумал, что скорее всего достанусь бесцеремонной Наташе. Эта бесцеремонность наверно и помогала ей справляться с детьми чуть ли не вдвое быстрее Юли.
Увидев, как Юля подняла на пеленальный стол трехлетнего Сашу, я тоскливо подумал, что следующим на очереди был я.
— Ты что собралась делать ему клизму на боку? — удивилась Наташа, когда Юля уложила Сашу на левый бок.
— А как? — спросила Юля.
— Я всем делаю, как грудным, — заявила Наташа, — На спинке с задранными вверх ножками. Так намного удобнее.
Юля усмехнулась и перевернула Сашу на спину.
— И вправду удобнее, — согласилась она, задрав мальчику голые ножки.
— А я что тебе говорила, — улыбнулась Наташа, — Ребенок в этой позе никак зажаться не может.
— Может и Диме так клизму сделать, — засмеялась Юля, — На спинке.
— Конечно так, — заявила Наташа, — Как всем.
Я с опаской наблюдал, как Юля возится с Сашей. «Ну хоть трехлетнего отправит на горшок?» — подумал я, но Сашу тоже заставили какать на столе, хотя мальчик был этим очень недоволен и пытался терпеть. Закончившая возиться с Павликом Наташа просто намылила наконечник клизмы и принялась щекотать им Сашину дырочку в попе.
— Как сразу заерзал, — улыбнулась Наташа и повернулась к Юле, — Можешь держать его покрепче?
— Пытается увернуться, — усмехнулась Юля, зажав Саше руки и ноги.
— Такой смешной, — сказала Наташа и легонько ткнула
