заклинило.
— Ну я, и чо?! — мы с ним одногодки, но он ниже меня и слабее. Если бы не его офигенная сестричка с ним, трусом и нюней, никто бы из пацанов не общался, — Иди, давай, отсюда. Беги, расскажи мамке.
Серега покраснел, словно рыба хватал воздух, в расширившихся глазах дрожали слезы. Я плюнул и направился к напуганной девчонке. Все, разговор окончен.
— Я убью тебя, сука!
Шестое чувство, вопреки гордости заставило меня повернуться: в трясущихся руках придурок сжимал угрожающе блестящий топор:
— Зарублю, нах...
Он замахнулся, бросился вперед. По его обезумевшему взгляду я все понял мгновенно. Как был, метнулся к двери на улицу. Слава богу, открыта. Он, завывая, затопал следом. В зеленом палисаднике я перескочил через невысокие кусты. Затем легко преодолел забор. Помчался по пыльной улице в сторону леса. Он, гад, не отставал.
Конечно, это не соответствовало моему мужественному имиджу. Но связываться с психом? Нет уж. Он сейчас как медведь: не заметит даже если проткнуть вилами. Ничего, побегает немного — успокоится.
Я поспешно нырнул под деревья. Оббежал одно, другое. Серега ломился следом. У меня уже чертовски болели исколотые нагие подошвы, когда же он выдохнется? Пора кончать этот цирк! Но едва я начал поворачиваться, как почувствовал сильный толчок в бок. Моя нога зацепилась за торчащий из земли корень и я самым позорным образом ткнулся мордой в мягкую укрытую мхом кочку. Казалось и удар то был не сильный, но в глазах потемнело и я внезапно почувствовал, что никак не могу вдохнуть...
***
Когда я открыл глаза, вокруг уже царила мертвая темнота ночи. Да, долго же я провалялся.
Я поднялся: руки, ноги на месте, подвернутая стопа не болит. В голове ясно. Я с опаской потрогал свой бок. Там сзади, где почувствовал толчок. Вроде нормально. Ни боли, ничего. Я посмотрел на руку. В темноте она выглядела бледной клешней ожившего трупа. Но крови не было. Я, честно говоря, было испугался, что Серега все-таки достал меня топором. Но, видимо, ударился сам. Стукнулся, блин, и тупо свалился на землю. Серега, этот мелкий гад, не стал связываться с лежачим и ушел. Ничего, еще встретимся...
Раздвигая мешающие ветки, я медленно вышел на пустую дорогу. В деревне не горело ни огонька — все спят. Оно и к лучшему: я же голый. Надо будет вернуться к Наташке, забрать одежду. Или может у нее обогреться... Ее дом крайний. Тут дойти — пара шагов.
Возле дома дико завыла собака, еще разбудит кого. Я не слышно перелез через давешний заборчик, зацепился за подоконник у наташкиного окна, заглянул в слепую темноту комнаты. На кровати в углу никого не было. Наверное, этот ябеда все-таки разболтал родителям и те как-то наказали девчонку. Ну, погоди у меня, придурок местный.
Я аккуратно обошел большой дом. Позади, в одном из окон мелькнул свет. Опущена штора, догадался я. Если не ошибаюсь, комната наташкиной кузины, что приезжает на лето из города. Надо глянуть — может моя красотка там. Я приподнялся над подоконником, заглянул в узкую щель...
От увиденного, признаться, я потерял дар речи. Нет, Наташки там не было. Но прямо на голом полу в позе звезды лежала ее кузина — Лерка. Глаза девчонки были закрыты. Вокруг нее стояли шесть толстых черных свечей. И она была без одежды. Абсолютно. Ее раздвинутые ноги были обращены к окну, и я смог в деталях разглядеть выставленную промежность. Из-под тонких растянутых наружных половых губ выворачивались лепестки нижних. Вверху выглядывала пуговка клитора. На лобке не было ни волосинки. Внизу ягодички смыкались слишком поздно, чтобы укрыть темный кружочек ануса.
Любопытство пересилило осторожность, я подтянулся и просунул голову в окно: вокруг каждой из свечек мелом была нарисована какая-то фигура. На кровати, среди скинутой одежды, валялась раскрытая книга. «Заклинание...», сумел я прочесть первое слово в наверху страницы.
Да,
