рта девочки резиновый шарик.
— Как звать?
— Наташа.
— Какая на хуй, Наташа, забудь это имя. Теперь твоё имя на всю оставшуюся жизнь ... будет Натраха, поняла.
— Да, — ответила Наташа.
И сразу же получила пощёчину.
— Я, как учила отвечать, после каждого обращения ко мне ты должна добавлять слово, Госпожа.
— Да, Госпожа.
— Ты согласна стать моей рабыней.
— Да, Госпожа, я буду Вашей рабыней, — сказала девочка и опустила глаза.
Ольга взяла её за подбородок и влепила три звонкие пощёчины.
— Как, сука, я говорила отвечать, ты, что совсем не слушала меня. Лизка, живо подай плеть и сними с неё платье и её тухлое бельё, чтобы она была полностью голой.
Лизка подала Госпоже в зубах плеть, взяла ножик разрезала на девушке платье, содрала лифчик и трусики. Ольга взяла Наташу за соски грудей и начала их крутить и щипать своими длинными ногтями.
— А груди у тебя так себе, да и сама ты не красавица, вообщем Натраха, ты и есть Натраха.
От боли девочка закричала.
— Что тварь орёшь, заткни свою пасть, — и рукояткой плети ударила её по лицу.
Она начала плетью наносить удары по грудям и животу новой рабыни, нанеся пятнадцать ударов, она остановилась.
— Теперь, повтори мразь, как нужно отвечать, когда тебя спрашивает твоя Хозяйка.
— Да, Госпожа, я буду Вашей рабыней, всю оставшуюся жизнь.
— Всё равно не правильно, но близко по содержанию, — и она нанесла ещё три удара рабыне.
— Ладно, переходим к следующему экземпляру.
Вторая девушка была среднего роста, с длинными каштановыми волосами, среднего телосложения, она не была красавицей, но была очень приятна и мила. Машка вытащила у неё изо рта кляп.
— Как тебя сучка, зовут?
— Таня, моя Госпожа.
— Вот, видишь Натраха, как на твоём примере учатся другие, эта тварь правильно ответила. Звать тебя буду — Сучка. Ты довольна своим новым именем?
— Да, моя Госпожа, мне очень нравиться имя, которое Вы мне дали.
— Мне нравиться твоя покорность. Машка раздень её.
Машка содрала с Таньки футболку, юбку, лифчик и трусы.
— Грудь у тебя тоже маловата, но в этом нет ничего страшного, она тебе большая не нужна, а для моей забавы и такая сгодиться, если мне захочется, я её тебе увеличу без всяких пластических хирургов, месяц поносишь на груди грузы, она сама вытянется. Ты хочешь быть моей рабыней?
— Да, Госпожа, я согласна быть Вашей рабынею, всю свою оставшуюся жизнь.
— Животные, берите пример с Сучки, как надо отвечать своей Госпоже.
— Так, это у нас кто?
Ольга подошла к следующей девушке. Перед ней стояла высокая, крепко сбитая девушка, взгляд её был гордым, в ней чувствовалась внутренняя сила и непокорность. Машка вытащила из неё кляп.
— Как тебя зовут?
— Лена.
После ответа сразу же последовала сильная пощечина.
— Блядь, ты разве не слышала, как Сучка отвечала, и как я учила обращаться ко мне.
— Ты мне не Госпожа, и рабыней я никогда не буду.
— Что ты сказала, стерва?
Со всей силы Ольга нанесла удар кулаком в беззащитное лицо девушки.
— Как ты посмела назвать меня на ты и отказаться быть моей рабыней.
— Я тебе уже сказала, что рабыней никогда не буду, не твоей, не чьей-либо.
Ольга схватила Лену за волосы и поднесла её лицо к своему. Тихим, спокойным голосом не предвещая ничего хорошего, она произнесла:
— Тварь бунтовать вздумала, но ничего сейчас ты у меня запоёшь не так.
На её слова Лена плюнула в Ольгино лицо, кровавой слюной и громко, чтобы слышали все, сказала:
— Ты сама тварь сыкливая, развяжи меня, я тебе покажу, кто из нас сильнее привыкла, на беззащитных и слабых отыгрываться. Если бы ты покорила нас без обмана силой, могла бы ещё, что-нибудь вякать, а заковав в
