Я-то примерно знал, что будет происходить, а вот на лицах молодых супругов без труда читалась вся гамма эмоций — смущение, возбуждение, легкий страх перед неизвестным взрослым мужчиной, которого сразу нужно называть «господином». Впрочем, я обычно произвожу впечатление надежного человека, которому можно доверять, так что уже после первых малозначащих фраз в прихожей напряжение несколько спало.
Вот это Алексей, примерно таким я его себе и представлял. Считает себя умным (поскольку учился в хорошем вузе) и сексуально развитым (поскольку ему нравится трахаться). Свою жену явно любит, но в письме называет ее «немного заторможенной» и «недостаточно чувственной». Знакомая песня — скольким женщинам поломали секс подобным «диагнозом». При этом Алексей хочет попробовать «сыграть в ее господина, потому что ее заводят такие фантазии». Сыграть, говоришь... Ну ладно, посмотрим на что ты способен. А вот и Настя. На мой вкус весьма привлекательна, хотя в ее внешности есть что-то бесхитростно-деревенское. Симпатичное круглое личико, простая здоровая фигура — все при ней, и сиськи и попка. Выглядит весьма аппетитно и я откровенно раздеваю ее глазами.
Чтобы скрыть неловкость, супруги предложили для начала выпить чаю. Почему бы и нет, пойдемте. Мы все так же мило треплемся, светская болтовня ни к чему не обязывает. Настя разливает нам чай, подает на стол какие-то-сладости. Наконец, она собирается присесть. — Подожди-ка — останавливаю я ее с улыбкой. — Тебе не полагается сидеть рядом с господином, ты должна стоять на коленях возле него. Я говорю это спокойно, словно нечто само собой разумеющееся. И продолжаю прерванную беседу с Алексеем. Секундный шок. Что это было — шутка? Однако вскоре густо покрасневшая Настя уже стоит на коленях. Голос Алексея заметно дрожит, но я делаю вид что не замечаю этого. Неторопливо пью чай, прошу Настю передать тарелку с печеньем, — в общем спокойно наслаждаюсь ситуацией.
Отставив в сторону чашку, я разворачиваюсь к девушке и беру ее рукой за подбородок. Настя вздрагивает и опускает руки. — У тебя красивая жена — говорю я оцепеневшему Алексею. — Мне нравится ее тело. Уверенно, без суеты, запускаю руку в вырез Настиного платья и стискиваю грудь девушки. Настя охает и инстинктивно дергается. — Когда тебя касается господин, ты должна убрать руки за спину — назидательно говорю я. — Да, вот так лучше. Я не спеша раздвигаю полы платья, спускаю с плеч покорной женщины бретельки лифчика и взвешиваю на ладони ее соблазнительные сиськи. Потом откидываюсь на спинку стула. — Опусти трусы вниз до колен. Настя уже не задумывается, выполняет команды словно под гипнозом. — Руки за голову. Раскрасневшаяся Настя прелестно смотрится в позе рабыни. Поворачиваюсь к Алексею. — Хороша, сучка, да? Я смеюсь над их растерянностью и Алексей отвечает мне натянутой улыбкой. Где проходит грань между игрой и реальностью? Это еще игра или уже нестерпимое оскорбление? Они не знают, и поэтому не понимают как себя вести.
Продолжаю пить чай, любуясь униженной женщиной. — А теперь встань и разденься догола — приказываю я Насте. И вот девушка уже совершенно обнажена. — Руки! — я впервые подаю приказание чуть повысив голос и Настя реагирует на это как на пощечину, немедленно убирая руки за голову. Снова пауза. Наконец я ставлю кружку на стол и начинаю гладить молодое женское тело, пробуя на ощупь упругость его соблазнительных изгибов и, подобно взломщику сейфов, прислушиваясь кончиками пальцев к его реакциям. Слегка хлопаю по внутренней поверхности бедра и девушка покорно раздвигает ноги, допуская мужчину к самому сокровенному. Я еще пару минут брожу где-то рядом, а потом проникаю пальцами в ее щель — решительно и бесцеремонно. Настя лишь сдавленно охает, но даже не пытается возразить. Да и с чего бы ей возражать — сучка-то
