мной такое: не два — не полтора. Что я себя мучаю, места себе не нахожу? Когда был возбужденным, то так все было хорошо... Зачем кончил, спрашивается? Вон, на американских сайтах читал про доминирующих жен, напропалую изменяющих своим мужьям с неграми и вместе со своими любовниками унижающих своих мужей. Жутко унижающих. Они не только детей от своих любовников рожают, но и мужьям своим вообще не дают трахаться. Мало того, одевают на них пояса верности, в виде пластиковых или металлических колпаков на их член, которые закрываются на замок. И к члену вообще нельзя прикоснуться: в колпаке только дырочка для мочеиспускания. А ключи от пояса верности находятся либо у жены, либо у ее любовника. Открывают пояс верности где-то раз в неделю, чтобы муж подрочил, и опять закрывают. А если он плохо себя вел — не слушался жену, не отсасывал у ее любовника — то могут дольше недели не давать мужу спустить пар. Зато муж все время пребывает в возбужденном состоянии и ему все нравится: и то, что в ношеное белье жены его наряжают; и что заставляют себе прислуживать во время секса с любовником; и что приучают к анальному сексу, разрабатывая его простату; и что лупят ремнем по заднице... Словом, делают из мужа даже не раба, а рабыню, а ему все нравится, он счастлив такой жизнью! Разве в обычном состоянии мужчине понравятся такие унижения? Вряд ли. Скорее всего, они кайфуют, потому что не кончают и все время пребывают в возбужденном состоянии...
И тут у меня перед глазами вновь всплыла очень яркая, реалистичная картина:
— Беременная Катя в одном розовом пеньюаре сидит на нашей кровати, и томно улыбается. Ее ножки немножко расставлены, а своим указательным пальчиком с ярким маникюром она легонько ласкает свою киску. Я стою абсолютно голый напротив нее, ко мне подходит Тенгиз в строгом черном костюме и галстуке, а в руках у него пояс верности для мужчин. Он мне говорит: «Чтобы ты больше не приставал к Кате с глупостями, мы с твоей женой решили, что будет лучше для всех, если ты с этого дня будешь носить пояс верности». Он протянул мне металлическое устройство, и я сам добровольно захлопнул его на своем члене. Тенгиз продолжил монолог: «Ключи от пояса верности будут у меня и у Кати. Катя, ты обещаешь, что не будешь ему открывать замок, когда меня не будет дома?». Моя жена, ускоряя ритм движения пальчика на клиторе, возбужденно-насмешливо отвечает: «Оставь ключи у себя, мой сладкий. Все-таки Дима — мой муж, вдруг он в твое отсутствие попросит меня открыть замочек, а я буду голодной и не смогу ему отказать... «.
Словом, я кончил еще раз. Боже, это наваждение какое-то. Но тревожных мыслей уже не было, осталось удивление: я только что три раза подряд дрочил и кончил. Когда я еще так возбуждался? Вокруг меня пустота гостиничного номера и никого вокруг, но одна лишь ситуация, в которую я попал, заводила меня так, что я не мог с собой совладать.
«Уж не знаю, правильно ли я поступаю с Катей или нет, но то, что мне сейчас не плохо — это точно. Даже хорошо. Только тревожно. А тревожно, потому что такого со мной еще ни разу не было, а все новое пугает. Видимо это имел в виду Тенгиз, когда говорил, что мы с Катей должны привыкнуть к новому формату отношений», — с этой мыслью я и уснул.
Утром я приехал на работу из гостиницы, пытался занять себя делами. Где-то около одиннадцати шеф попросил меня зайти в свой кабинет:
— Так, я уже знаю, что ты решил все проблемы наших новых партнеров! — начал он с ходу, — Уж не знаю, как ты им так быстро помог, да и знать не хочу: меньше знаешь — крепче спишь. Но я тебя поздравляю: мне сказали, чтобы я приготовил документы для подписания контракта. Я их подготовил, но не могу найти Тенгиза, он трубку не берет. Ты случайно не знаешь, где он?
— У меня дома... — на автомате ответил я и понял, что сболтнул лишнего.
Но ничего не подозревающий начальник продолжил свой напор:
— Отлично, давай позвоним на твой
