заколочены серыми досками. Только один большой дом стоял относительно ухоженным. Было тихо, ни лая собак, ни шума моторов. Щуплый сдёрнул с меня шнурок и бросил его небрежно в кузов. Затем мы вошли во двор и остановились у крыльца. Водила зашёл за дом и стал греметь там досками. Амбал с нами не поехал или вылез где-то по дороге.
Щуплый закурил. Я опустился на крыльцо. Через некоторое время из-за дома появился Водила с ... охапкой серых досок и деревянным ящиком с инструментами. Он выбрал самую длинную доску, отмерив расстояние локтем, приколотил к ней меньшую перекладину, а затем с противоположного конца широкий треугольник. Закончив, он подошёл к нам. «Распятье готово, ваша светлость», — ехидно бросил он в мою сторону.
Неожиданно страх пробежал по мне электрическим током. Я дёрнулся, пытаясь вскочить, но скользнул пяткой и упал, ударившись спиной о дверь. Водила резко приблизился и, схватив мой подбородок, прижал меня к двери дома. Другой рукой он нащупал мои яйца и медленно сдавил их, смотря мне в глаза. «Куда поскакал, кузнечик?». Острая боль в гениталиях почему-то быстро вернула мне присутствие духа. «Я подскользнулся», — процедил я сквозь зубы. Кривая улыбка сошла с лица Водилы, он отпустил мои яйца и, повалив животом на землю стал привязывать к распятью.
Он просунул длинную доску так, что перекладина легла у меня в подмышках, кисти рук привязал сзади далеко внизу. Ноги же согнул и привязал лодыжки. Треугольник заставлял широко разводить колени. Подёргав путы, он поставил меня вертикально и прислонил к стене дома. Я повис разъезжаясь и выкручивая суставы. Чтобы хоть как-то облегчить положение, мне пришлось прогнуться, выпятив живот. Водила погладил его с довольным видом и встал рядом, задумавшись.
«Он выспрашивал у меня, что с ним будет. Расскажи», — произнёс Щуплый. Водила очнулся от оцепенения, рассеянно кивнул и, не сказав ни слова, быстро пошёл к машине. Он вернулся с небольшим круглым напильником с деревянной ручкой и огарком восковой свечи в руках.
Опустившись передо мной на колени, он схватил мой член, положив большой палец сверху над головкой, и начал быстро елозить вверх-вниз. Медленно, но верно на меня стало находить возбуждение. Я попытался сопротивляться этому, но в результате член набухал только быстрее. Водила понял моё намерение. «Ты предпочитаешь, чтобы было и больно, и приятно? Или только больно?», спросил он с серьёзным видом. Я предпочёл, чтобы было и приятно... Эрекция поначалу отдавалась тупой болью во всём члене и внизу живота. Подведя меня к самому оргазму, Водила отпустил мой член, давая небольшое время расслабиться, а затем, осторожно лаская кончиками пальцев, снова подвёл меня к самому оргазму. Смазка текла рекой. Он повторял это до тех пор, пока я не начал тяжело дышать и готов был кончить от малейшего прикосновения. Наконец он оставил мой член и, взяв напильник, стал обильно натирать его свечкой.
Не сразу моё внимание переключилось на окружающую действительность. Я не успел испугаться прежде, чем Водила осторожно ввёл натёртый воском напильник мне в мочевой канал. Затем он стал легонько ласкать мой успевший расслабиться член. Поначалу было не больно, и член быстро затвердел. Подведя меня к самому оргазму, Водила начал медленно вращать напильник из стороны в сторону. Как будто тысячи иголок вдруг вонзились в мой член. Я дёрнулся и всхлипнул. Водила посмотрел мне в глаза и снова стал ласкать мой член кончиками пальцев. Тут я понял, как в этот раз мне придётся кончать... Уронив голову на грудь, я тихо заскулил.
Понимая, что пытка может приостановиться только, если я кончу, я пытался изо всех сил поддаться ласкам, вспоминал всё, что когда-либо меня возбуждало. Наконец мне удалось приблизится к оргазму. Член начал икать, смачивая напильник обильно истекавшей смазкой. Водила придержал член кончиками пальцев у самого основания и стал
