***
Будучи еще маленьким, Сэмик часто подглядывал за сестрой. В детстве это невольно поощрялось мамой, поскольку как только он стал сносно говорить, за подробные доклады о поведении старшей сестры, всегда следовали какие-нибудь подарки — сладости, игрушки или даже поход в Диснейленд. Правда,... иногда за это же от сестры доставались тумаки, но Сэмик быстро научился избегать эту неприятность, вовремя укрываясь за спиной какого-нибудь взрослого. Сестра была отходчива и через час, он вновь занимал место на «наблюдательном пункте». К двенадцати годам это занятие стало приносить Сэмику какое-то странное удовольствие. Его уже больше тянуло застать сестренку в душе или за переодеванием. При этом в штанишках появлялась приятная упругость, а по телу разливалась нега. Один раз (он залез в шкаф сестры и разглядывал её диковинные вещи) это чувство так захлестнуло его, что по телу пробежал нечто похожее на электрический разряд, только вместо боли было очень хорошо. Когда оцепенение спало, он обнаружил, что трусы и тело запачканы белой липкой жидкостью. Это очень напугало и он хотел сразу все рассказать маме. Но та была, как обычно, занята, да и страх о необходимости рассказать о причинах этого происшествия, пересилил. Он просто дал себе зарок больше не трогать «там» и не подглядывать за сестрой. Сэм честно выполнял данное себе обещание целых два дня.
Он, услышав разговор в зале, узнал голоса отчима и сестры. Первый порыв посмотреть, что там происходит и послушать чужой разговор, Сэмик мужественно преодолел. Однако потом рассудил, что ему срочно надо поговорить с отчимом, о чём-то очень важном. А подождать своей очереди рядом с говорящими старшими, не мешая им, это вовсе даже не подслушивание. Ободренный такими мыслями, Сэмик осторожно высунулся из своей комнаты (только в целях не мешать!). В этот момент он увидел, как отчим с сестрой, как-то странно обнявшись, прошли в родительскую спальню. Обычно, когда там были взрослые, детям туда входить запрещалось. Тут еще отчим необычно обнимал Сашу — как на картинках в запрещенных журналах, которые тайком рассматривали старшие мальчишки в туалете школы. Некоторое время он стоял, боясь шевельнуться. Затем Сэм разулся и босиком прошел следом. Сквозь приоткрытую дверь спальни он увидел как его сестра в прозрачном, почти ничего не скрывающем халатике, прыгала на голом, лежащем на спине отчиме. Не просто прыгала! Он заметил, что член (старшие мальчишки уже просветили его о наличии этой штуки, выгодно отличающей настоящего парня от девчонки) отчима, неимоверных размеров, входил в сестрёнку и именно на нем, как на колу, она скакала. Сначала его даже посетила мысль, что Сашеньке больно, поэтому она издает такие странные звуки. Но постепенно созерцание происходящего вытеснило всякие мысли, внизу снова предательски стало тепло, колени задрожали.
Саша заметила присутствие постороннего еще до того, как её младший брат, неосторожно потеряв равновесие, наделал много шуму. Однако эта открытие её не смутило. А то, что теперь об этом узнал и Ник, даже начало забавлять.
Сначала Ник очумело и беспомощно вертел головой, пытаясь понять, где он находится и что произошло. На смену чувству небывалого удовольствия пришла растерянность и даже страх — теперь точно конец, маленький проныра обязательно расскажет жене и тогда... Страшно подумать, совращение несовершеннолетней дочери, позор, суд, тюрьма и здоровые головорезы-латиносы, которые разорвут его белую задницу на британский флаг. Все эти картины мигом пронеслись в воображении.
— Ник!
— Да, а, что — все еще не придя в себя от воображаемого произнес Ник.
— Он нас застукал!
— Боже, Боже, за что, что же делать, Сашенька, что делать — паника парализовала всякую мысленную деятельность Ника.
— Ну что ты, сладенький мой, успокойся, я все устрою.
Сэм
