тебя мучить.Он проводит по моему лицу ладонью: — Не обещай того, что не сможешь исполнить. — Я постараюсь, — неуверенно отвечаю я. — Слушай, может врача вызвать? — Да фигня. Просто устал я за последнее время.Приношу аптечку. Накладываю повязку на ожог. Заставляю выпить пару таблеток обезболивающего. Помогаю перевернуться на живот. Обрабатываю рубцы от ремня. Замечаю, как он напрягается. — Дальше я сам.Продолжаю, не обращая на его слова внимания. Он вздрагивает всем телом, но смиряется. Если так пойдет и дальше, скоро он станет совсем послушным. И скучным.Поначалу он сопротивлялся даже простым шлепкам, злился, ругался. Мне нравилось понемногу сгибать его, позволять себе все больше, каждый раз боясь, что он не выдержит и уйдет навсегда. Не хочу, чтобы он сдавался слишком быстро. Он словно читает мои мысли. Неожиданно резко поворачивается, грубо валит меня на постель, прижимает всем телом. Его рука лежит на моем горле.Становится страшно, но я улыбаюсь прямо ему в лицо. — Та-ак! — говорю я. — Не очень-то ты и устал, как вижу.Он отпускает меня. Ложится, смотрит в потолок. — Когда-нибудь, — говорит он очень тихо, — или ты меня сломаешь окончательно, или я тебя убью. — Это будет еще не скоро, — утешаю я. — Ты же у меня сильный.Иду на кухню приготовить нам поесть. Мимоходом трогаю его сумку.Пистолет здесь.Надеюсь, если он действительно убьет меня, это будет быстро.Я не переношу боли.
