животных поз и его откровенных комментариев процесса. — Ты полюбила анал. Давай перейдем на него — меньше всяких проблем будет! А раньше ... ломалась, помнишь? Защищая растущий в ней плод, она осознанно избегала традиционного совокупления, обратившись к альтернативным способам. Она и сама не узнавала себя в последнее время, став виртуозом разнообразного секса. И радовала Александра, нахваливающего её и более чем удовлетворенного. Он считал, что и она всем довольна.
Упершись ей в поясницу так, что она напрягла её, чтоб не упасть под его тяжестью, он живо забился в ней и, обняв за живот, лёг ей на спину. Уложив на руку, внимательно осмотрел её с ног до головы, и девушку охватило не то, чтобы предчувствие, а так, что-то пока неосознанное. — В туалет хочешь? — внезапно задал он странный вопрос. Она засмеялась: — Ты хочешь понаблюдать? Что за вопрос!? — Именно хочу! Иди, там тебе на комоде лежит, я принес... Иди! Он подтолкнул её, и обескураженная, она обнаружила на комоде упаковку с тестом.
Лиза не успела подготовиться к подобному развитию событий и испугалась. — Ну, начинай, вон стакан, — он стоял у неё за спиной, пока она растерянно крутила в руках коробочку. — Почему ты думаешь, что мне нужно провериться? — совершенно не то сказала она. Опасно улыбаясь, он cкривил рот: — Мы ж вместе живем, я заметил, — просто сказал он. — Да, — только и выдавила из себя она, — да, так и есть...
Взяв за руку, он вывел её из туалета и посадил на кровать, присев рядом. — Сколько уже? Опустив глаза, чтоб неосторожно не выдать себя, Лиза лихорадочно соображала, какой срок назвать. — 2, 5 месяца, — прибавила 2—3 недели, отводя подозрение от побега на остров. — С кем натрахала? Лучше сама скажи — я все равно узнаю! — по-прежнему тихим голосом, взяв её за плечо. — И что ты сделаешь? — пытаясь не показать тревоги. — Его ждут проблемы — не ту трахнул.
Ужасное подозрение подтвердилось, они в опасности, без вины виноватые. И Лиза сказала первое, что пришло в голову: — Ты. От тебя. Он улыбнулся почти весело: — Ты меня ненавидишь — у тебя это с лица не сходит. Глотаешь таблетки, чтоб, не дай бог, не от меня. И вдруг такое чудо... Он приблизил к ней лицо и не дал отпрянуть, схватив за волосы: — Я жду. Ну? — От тебя! — твердила девушка, со страхом глядя на впадающего в ярость мужчину. — Забывала я про таблетки несколько раз, вот и... — Не забывала! Когда не хочешь — не забудешь. Забыла, когда под другого легла. Под кого, шалава?!
Он бил её по лицу, и её голова бессильно моталась из стороны в сторону. — Дача с подружками! — вспомнил он. — Значит, дача! Он швырнул её на пол и пнул ногой, она отползла подальше. — Я думала, что рожу и мы станем жить нормально: ты перестанешь злиться на меня и кричать, Тане понравится братик или сестренка, — сама себе удивляясь, твердила Лиза в ожидании, что он смягчится. — Если ты не хочешь, то я сама... одна... без тебя... ты только... — Забудь про «сама и одна». Мне не нужно детей ни от кого, мне хватает той, что есть! — рявкнул он, стоя над ней. — Не ври, хватит! Завтра избавишься от этого, я договорился! От жестокости его слов и от ужаса Лиза начала заикаться: — Ка-как за-завтра? Ко-когда до-договорился? Не по-пойду! Он поднял её за шею, едва не задушив, и зловеще прошептал: — Я сам оттащу тебя! Если будет нужно, и держать буду, пока из тебя не вытащат это...
Он потушил свет и лег. Лиза оделась и ушла плакать в другую комнату. Она не заснула, мучительно обдумывая варианты спасения. «Я помогу тебе, только скажи" — стояли у неё в ушах слова Игоря, но картины одна другой страшнее последствий этой помощи постепенно вытеснили безысходные мысли слабой надежды. — Умереть? — подумала она. — Сдаться? И ничего не будет: ни того, ни другого, ни меня... Кому я что докажу?...
Аборт
— Поехали! Закончим с этим! Вставай! — тряс он её за плечо, а она-то была уверена, что не заснет. У дверей клиники, на улице, её ждала медсестра; мужчина
