уйти из моей комнаты, — сказала я, покосив глаза.
— Ну что ж, я уйду. Но если у тебя что-либо будет с Петросом, уволю!
Хозяин ушёл, хлопнув дверью.
«И зачем я его выгнала? Чёрт меня потянул за язык! Могла бы хоть раз получить нормальное удовольствие. Да и мужчина он очень даже привлекательный».
Меня разбудили очень рано. Петросу срочно понадобилась моя помощь. Я вошла в его номер, он лежал обнажённый на кровати.
— Разденься и подойди ко мне.
Я снимала с себя одежду на ходу.
— О! Ты даже так красиво умеешь!
Ощутив, что мужчине нравится то, что я делаю, почувствовала уверенность в себе и стала двигаться вызывающе.
— Какая грация!..
Обнажив тело до конца, я запрыгнула сверху на Петроса:
— И что мы будем делать? — говорила я возбуждённым голосом, однако в душе таилось желание стукнуть его по голове, потому как этот клиент мне слегка поднадоел.
Мне надоело моё зависимое положение. Бывали мысли страха, что после всего, что со мной произошло за прошедшую неделю, меня вовсе перестанут интересовать мужчины и вызовут апатию к себе.
Петрос повернулся ко мне спиной.
— Делай мне массаж.
На тумбочке возле кровати уже стояло приготовленное масло.
Я делала массаж, но мысли мои были заняты другим. Меня бесила работа горничной. Мне надоело чувствовать себя подстилкой и прислугой. Теперь ещё и проституткой. Не для того я пришла в этот мотель. И не хотелось мне марать судьбу мужчинами, которые имеют деньги и думают, что им всё позволено. Мне надоело чувствовать себя слабой беззащитной женщиной, которой не на кого опереться, которой хочется заботы и нежности, любви и поддержки. А вместо этого меня пользовали, пользовали и пользовали. Надоело жить по правилам мотеля, а теперь ещё по правилам тринадцатого номера и этого дьяволоподобного!
— Что этой ночью делал в твоей комнате хозяин мотеля? — спросил Петрос.
— Он пришёл, чтобы сделать мне куннилингус.
— Вот как! И ему удалось?
— Начать удалось. Я думала, это Вы и простонала: «О! Петрос!...», хозяин удивился, я включила свет и... тоже удивилась. Это были не Вы, — сказала я, нажав ему сильно на шею.
Мне так и хотелось ему сделать больно и отомстить за то, как он меня пользовал.
— Вы посмотрите на эту барышню! Она позволила себе думать, что я пришёл ночью делать ей куннилингус.
— Да, я позволила себе так подумать!
Петрос перевернулся подо мной, схватил за руки и уложил на кровать. Мне было тяжело лежать под его тяжёлым телом. Одной рукой он держал мне руки над головой, а другой давал пощёчины после каждой сказанной фразы:
— Ты позволила себе говорить со мной таким тоном? Ты погрязла в разврате! Тебя нужно учить и учить жизни! Ты ничего ещё не добилась! А уже думаешь за других?! Ты скоро превратишь этот мотель в бордель! И этим самым унизишь своё достоинство! Тебя природа наградила красивым телом не для того, чтобы ты клалась под мужиков!
— Красивое тело для того, чтобы нравиться мужчинам, — пропищала я сквозь ... слёзы.
Петрос отпустил мои руки, дал последнюю пощёчину и оставил меня на кровати. Сам отошёл к окну курить.
— Она решила, что я ей буду делать куннилингус. Оральный секс нужно заслужить!
— А Вы его заслужили?
— Я?? Я заслужил не только оральный секс! Я работаю! И мои деньги, деточка, тебе не снились.
— Я тоже работаю.
— Горничной? Перестань думать, что ты ни на что большее не способна! Ты способна на многое! И я хочу, чтобы ты встала на правильный путь!
— Но город... В этом городе негде работать. Вы здесь не жили, Вы не знаете.
— Уезжай! Я тебе дам денег, чтоб ты уехала!
Он стащил меня за руку с кровати, и я упала на пол.
— А до тех пор, пока ты здесь, будешь лежать в моих ногах. Ничего даром в жизни не даётся.
Я плакала и не могла
