вымоешь... А вылижешь. — Вика смотрела очень серьёзно.
— О нет, пожалуйста, госпожа, не надо... — стала умолять я.
— Забыла правила, мразь!!! — накинулась на меня Вика. — Хочешь ещё одно наказание!!!???
Я тут же схватила швабру и, извиняясь, тут же начала слизывать собственный кал, перемешанный с кровью.
— Умелые движения... — глумилась Таня. — Много хуёв отсосала, шалава?
Я пыталась пропустить это мимо ушей, но Вика пнула меня под зад...
— Тебе вопрос задали, шлюха! Оглохла что-ли??!!!
— Я никогда не сосала их, — ответила я.
— Чего не сосала? Карамельки? — издевалась Вика.
— Я не сосала... хуёв, госпожа, — призналась я.
Наверное вряд ли мой рот стал намного грязнее от этого слова...
— Опять пиздишь, да? — не унималась Таня.
— Нет, Таня, я правда никогда не брала в рот...
— Это как ты меня назвала, мразь!!!??? — возмутилась Таня и убежала из комнаты.
«То же мне обиделась!» — подумала я, но та вскоре вернулась с большим огурцом в руках. «Она стала проявлять инициативу, — подумала я, — это плохо».
— Вставь себе в жопу и чтоб не вынимала до утра! — прокричала Таня.
— Слушаюсь, госпожа Таня, — повиновалась я и, отложив уже блестевшую швабру, легла на спину, раздвинув ноги, думая что хуже уже не будет.
Но тут Таня резко воткнула в меня огурец, наверное почти на четверть и я, не удержавшись, пискнула.
— А ведь обещала не пищать! — издевалась Таня.
— Ладно, теперь сама насаживайся, сука, — распорядилась Вика.
Я стала садиться на огурец и он вошел в меня на две трети, как вдруг прозвучал отбой. Все легли спать, мне развязали руки и я с облегчением поняла, что меня на сегодня оставят в покое.
Проснулась я с переполненным мочевым пузырём и тяжёлыми ощущениями в заднем проходе, в отсутствии которых я возможно решила бы, что мне приснился кошмар, но увы, это была суровая действительность. Помня о возможном наказании, я отпросилась у Вики в туалет. Потом оделась (не надев правда трусики и лифчик) и пошла с девчонками в столовую. На завтрак давали молоко с овсяным печеньем, но печение у меня отобрали девчонки, а молоко я выпила, после чего Вика заявила...
— А теперь огурец свой жри.
Я покраснела, но сопротивляться побоялась и как можно незаметнее запустила руку под юбку, чуть привстав. Огурец застрял капитально и чтобы его вытащить мне пришлось несколько минут тужиться и дёргать за торчащий конец. Преодолевая рвотный рефлекс, я начала кусать измазанный в моих какашках овощ. Девчонки надо мной подтрунивали, а я с трудом сдерживала слёзы унижения. Тут Таня предложила...
— А давайте кормить её только тем, что уже побывало в её заднице?
Все дружно согласились. Позже мы пошли в кино, где посреди фильма у меня прихватил живот и я стала отпрашиваться и Вики в туалет, на та только шипела и приказала терпеть до конца сеанса. После вчерашнего мой анус плохо сжимался и мне пришлось заткнуть его пальцами и сжимать ягодицы изо всех сил, чтобы избежать катастрофы. Ближе к концу немного кала всё же вылилось на сидение, но я вытерла его второй рукой, пока никто не заметил. Потом я подумала, как пойду в туалет — не с рукой же под юбкой! Под сидением, слава богу, оказался оставленный кем-то пузырёк от одеколона, который я с некоторым трудом загнала себе в попку. После сеанса я засеменила под дружное хихиканье девчонок в туалет, где выплеснула кал, забрызгав унитаз.
Потом все пошли купаться, но купальник мне брать разумеется запретили, поэтому я, отойдя подальше от ребят и девчонок, скинула одежду, сняла с сосков прищепки и пошла купаться голышом.
Но вдруг на берегу появилась Вика и крикнула мне...
— Кто тебе разрешал снимать прищепки, поблядушка?
— Простите, госпожа!! — поплыла к берегу я и, упав перед ней на
