доставая компакт-диск, тихо спросил Алексей.
«Вы тут раззнакомьтесь, а я пока в кухне колбаски нарежу», — ретировался я.
Заиграла едва слышная медленная музыка, скрипнул от присевших на него двух тел диван, непонятно зажурчал разговор двух незнакомых людей — мужчины и женщины, моей жены.
Через 10 минут я появился в дверях гостиной с тарелкой, полной нарезанной снеди в руках, и тут же уперся в торс опершегося рукой о дверной косяк Алексея.
«Знаешь, Леш», — тихо, но ультимативно обратился он ко мне. — «Мы тут с Леной переговорили,... в общем... тебе в ближайший час лучше будет посидеть в спальне.»
Придется довольствоваться только звуками.
Я хотел было что-нибудь возразить, но увидел за его спиной твердо стоящую с решительным видом Лену и понял, что сопротивление бесполезно.
Я отдал ему тарелку и удалился в спальню, благо дверь ее была хоть и непрозрачной, но все же стеклянной и располагалась как раз напротив арки — входа в гостиную. Я бухнулся на кровать и притворился, что сплю.
Какой к черту сон?!! А вы бы смогли заснуть, если к вашей жене пришел с недвусмысленными целями симпатичный парень, а вас выперли в спальню отдыхать.
Я превратился в слух.
Изредка шелест неспешного разговора сменялся цоканьем бокалов, потом слышна была только музыка и вдруг... какие-то невнятные плямкающие звуки.
Меня сдуло с постели и я прильнул ухом к двери. Да-да — именно плямкающие звуки поцелуев и легкое постанывание.
Я бесшумно приоткрыл дверь и в образовавшуюся щелку смог разглядеть краешек дивана, на котором сидела моя жена. Перед ней на коленях стоял Алексей и покрывал жаркими любовными поцелуями ей лицо. Ее голова была повернута набок, глаза закрыты.
«Быстро же они», — удивился я про себя.
Тем временем Алексей переходил на обнаженную шею и верхнюю часть груди моей жены. И тут Лена стала медленно поднимать голову, я поспешно закрыл дверь.
Смешанная катавасия чувств неистовствовала в моей душе. С одной стороны, я давно этого хотел — увидеть свою жену, упивающуюся страстью с другим мужчиной, а с другой стороны, подтачивало какое-то зарождающееся ощущение нашей разобщенности.
Через пять минут из-за двери стали раздаваться Ленины стоны. Я снова приоткрыл дверь. В гостиной почти ничего не изменилось, кроме того, что Ленина блузка теперь была расстегнута полностью, живот и грудь обнажены, коротенькая юбочка скатана к талии, а трусики мирно покоились рядом. Алексей опустился ниже и теперь плямкающие звуки раздавались откуда-то между Лениных ног. Она с силой обхватила его голову и ритмично прижимала ее к своей промежности, нашептывая... «Боже, как хорошо, еще, пожалуйста, еще...».
Она вдруг выгнулась, напряглась, застыла на мгновение в такой неестественной позе и, обмякнув, сползла по спинке вниз. На Алексея это не возымело никакого действия, он продолжил ее целовать, разве что поднявшись от влагалища к груди.
«Действительно профессионал», — пронеслось у меня в голове.
Из-за двери раздались звон бокалов и отрывистые женские смешки. Потом громкое... «иди ко мне!».
Я занял наблюдательную позицию.
Лена полуголая с широко расставленными босыми ногами сидела на диване, между ее ног с обнаженным торсом стоял Алексей. Жена обнимала его за талию, обхватывала его ягодицы и прижималась щекой к паху. Потом вдруг отдернулась, запустила свои ладони между тканью и его телом, и я увидел, как медленно брюки Алексея поползли вниз. И тут из-под резинки как на пружине к ее лицу качнулся ОН.
ОН даже еще не весь «проснулся»! Но ОН был таким, что не только Лена впала во временный ступор и с округлившимися глазами молча смотрела на это чудо природы, но и я, позабыв о конспирации, открыл дверь нараспашку.
Нет, ОН был не гигантской длины, как об этом пишут в плохих неправдивых выдумках. Он был чуть более нормальной полагающейся этому органу длины, но
