куда-то закатилась в складки простыни. «Вот идиоты. Выпускают гель, а об аппликаторе забыли». В правой ладони гель, в левой тюбик, но он справился — нашел эту маленькую черную заразу, и одной рукой завинтил её на место, предварительно ещё раз смачно смазав руку, и уже привычно вкрутил «лодочку» ей внутрь...
Отходила она долго, тихо дышала, почти не слышно. А ему надоело уже её ждать — аккуратно повернул на бочек. Идиллическая сцена: удовлетворённая женщина лежит на боку, и, не открывая глаз, глубоко дышит. Он потрогал свой член рукой — боец, как всегда, был готов. И пристроился к ней. Взял смазки с её влагалища и смазал еще одну дырочку. Она, не открывая глаз улыбнулась, еще раз смазал член и приставил. Неожиданно Людочка обернулась, и открыв глаза, поцеловала его.
— Только осторожно.
Николай этой её дырочкой не пользовался ни разу. Тогда ещё, раньше, он попробовал раз пальцем войти, но услышав «Не хочу туда», оставил все попытки, да и не зачем было, всё и так было хорошо.
Но сейчас — не тот случай. Он пристроился к ней и приставил голову ко входу, и тут почувствовал, как Людочка сама стала надвигать свою попу навстречу, потом положила руку ему на бедро и стала прижимать его к себе. Колечко расступилось, и перед ним открылся новый мир. В нём всё было не так. Колечко ануса сжимало член в одном месте, а дальше была свобода, он не ощущал никакого противодействия. Как будто кольцо одели на член.
— Ой, какой ты молодец. Как нежно, — глаза её закрыты, голова уже не лежит на подушке, а приподнята.
Он вошел почти до конца, и не встретил никакого сопротивления, наконец-то он может куда-то поместить весь свой член. Немного поменял угол, и стал нежно его вынимать, потом опять вперед. Но тут головкой он ощутил, что уперся во что-то твердое. «Это копчик?» А Людочка распахнула глаза, и —
— Ааааа... — и её рот так и остался открыт.
«Вот оно! Это ж надо! С первого раза попал». Он, понимая, что нашел нужную точку, теперь старался попадать именно в неё. Сколько ему потребовалось на это движений, он не знал, только её «ааа» не замолкало, а наоборот, становилось всё сильнее и сильнее. «Ребенка разбудит». Он раздвинул рукой ягодицы, чтоб войти ещё глубже, и почти навалился на неё. Николай уже не заботился о том, куда его член упирается, потому что и сам хотел кончить. И тут волнообразное «Аааа», превратилось в хрип при закрытых зубах, а её колени начали привычный танец. Больше он двигаться уже не мог. Амплитуда движений её попы была слишком большая. Оставалось или прижаться посильнее, или вытащить: «А то дернется ещё, и сломает». «Вывалился таки. А я?! Я тоже хочу!». И не давая ей отойти, он положил её на живот, и, не позволяя встать на колени, сам направил член опять в попу. На этот раз ощущения были не хуже, а может и лучше, он не доставал до копчика, но трение было еще больше. Так продолжалось минут десять, и вся его разгоряченная сперма хлынула ей в кишку. Он вжался ещё сильнее в неё, наполняя и наполняя..
— Классно как... А почему мы раньше этим не занимались?
— Тебе это не нужно было, ты и так кончала. Без попы. А как тебе лучше, рукой или туда?
— И так хорошо, и так. Всё по-разному... Спасибочки тебе... Принеси полотенце, а то... с меня вытекает.
— Ты никогда не держишь его под рукой — усмехнулся он.
В ванной он осмотрел свое хозяйство — всё чисто, помыл в раковине, и, смочив краешек полотенца, принес его в спальню. Людочка промокнула себе между ног, затем, повернувшись на бок, и попу. Посмотрела на полотенце. Благодарно улыбнулась.
Он прилег рядом. Нужно немного отдохнуть и уходить, но тут Людочка решила отблагодарить его, сама опустила голову к паху, и всосала член в рот, потом щекой по яйцам и так же сделала с мошонкой. «О... , теперь она и яйца сосет! Как классно!. Мастерство не пропьешь».
— Хм, сладкий гель, приятный.
«Яйца не до конца вымыл. А эксперт была права. И зайти поблагодарить как-то
