высасывать из них души, чтобы они росли темными и мертвыми, чтобы их было больше, больше, и чтобы все людишки были темными и мертвыми, и жизнь делали вокруг себя темную и мертвую, какая она и есть в ваше время, ха-ха-ха-ха!... Нас много, мы голодны, и мы всех выжрем, всех-всех выжрем, всех, всех, всех...Какое-то время ее хрип и хохот слышались изнутри воронки, пока не заглохли совсем. Через пару секунд исчезла и сама воронка, вспыхнув в темноте зеленоватым зигзагом, будто выключили телеэкран. Раздался щелчок, — и тут же исчез свист, будто из ушей вынули два гвоздя.Несколько секунд звенела тишина.Затем Забава дернулась и подбежала к кроватке: — Иваська!!! Ивасечка, сынуля мой любимый, мой родной, мой мааааааленький, — плакала она, улыбаясь и прижимая к себе обалдевшего Иваську. — Ма? Я... мне... это приснилось, да? — бормотал Иваська. — Что? — спрашивала Забава, глотая слезы. — Ну... все такое страшное... Зеленое. И эта баба... с клыками... — Конечно, приснилось, — хором ответили ему Гена с Забавой. — Ты плакал во сне, вот мы и пришли к тебе. — Ма!... А вы что, все время трахались? — вдруг спросил Иваська. — А... ты... ты... Ты что? Ты что такое говоришь?!.. — Ну вы же голые? Значит, трахались. Голые всегда трахаются.Гена вдруг сообразил, что они с Забавой так и не успели одеться. — ... А когда трахаются, то кончают. Мам, ты кончила? — Господи, Иваська! Ты... ты откуда такого набрался? — Из компьютера. Она, когда в сети висит, потом журнал не чистит, — объяснил Иваська Гене, — а я смотрю... Она у меня каждую ночь в секситэйлз. ру... — Все. Теперь не будет каждую ночь, — заявил Гена. — Теперь ей будет чем заняться. А мы с тобой, грамотей, потом поговорим. Забава, пойдем!... Пусть себе спит мужичок.Он с трудом оторвал плачущую Забаву от Иваськи и вывел ее из комнаты.*** — ... Но как ты сообразил насчет зеркала? — спрашивала Забава, когда все припадки благодарности были позади, и Гена, обласканный, вылюбленный и облизанный сверху донизу по сто раз, возлежал на спине, подставив Забаве горящее тело. — Даже я, ведьма, не знала... — Это не я, это народ. Я вспомнил сказку про Ивасика-Телесика. Когда Баба-Яга гнала его в печь, тот попросил ее показать, как туда влезть. Она ведь глупая, как... как все наши заведующие и директора. Ну, или почти все. А зеркало — это из «Звездных войн»... А скажи-ка, ведьма: ты... в общем... а покажи-ка ты мне свою попку!
