зашипела на неё Ильма, — Нас могут услышать.
Но служанка только отмахнулась. А к вечеру двое дюжих охранников схватили Гилу и уволокли в подвал.
— О чем вы говорили сегодня в парке? — Милард буравил Ильму испепеляющим взглядом.
— О, мой Господин, — начала девушка, — Обо всём понемногу.
— Не лги мне, Ильма, — Хозяин провел рукой по плечу рабыни, — Я ведь всё равно узнаю правду, но тебе будет очень плохо. Поверь мне, я не хочу твоей смерти.
— Мой Господин... , — снова хотела что-то сказать девушка, но Милард остановил её.
— Не называй меня Господином. Скорее, ты — моя Госпожа. Ты покорила меня, подчинила своей воле, укротила. Я стал твоим самым преданным рабом! Но ты обманула меня.
— Нет, Господин! — твердо ответила принцесса, — Я не обманывала тебя.
— Тогда расскажи мне всё, — потребовал Милард, — И я снова поверю в твою преданность.
— Позволь мне сначала поговорить с Гилой, — попросила Ильма.
— Хорошо, — после недолгой паузы согласился Хозяин, — Сегодня вечером.
— Но без свидетелей, — поставила условие принцесса, — Я обещаю, что ты будешь ... знать всё, что тебе знать полагается.
— Я верю тебе, рабыня, — молодой человек резко развернулся на каблуках и ушел.
Ильма присела на низкий диванчик и впервые за всё время не смогла сдержать слез. Стоявший за дверью стражник, услышав прерывистые рыдания девушки, заглянул в спальню. Девушка лежала на полу, обхватив голову руками. Её плечи вздрагивали, а из горла доносились хриплые звуки.
— Что с тобой, рабыня? — не выдержав, спросил солдат.
— Кто донес на Гилу? — крикнула Ильма, приподнявшись с пола.
— Я не знаю, — виновато моргая глазами, ответил стражник, — Но я могу узнать.
— Узнай, — девушка постаралась взять себя в руки, — Я должна это знать до вечера.
— Будет исполнено! — охранник, как всегда, отсалютовал и быстро вышел из покоев.
Когда за окнами забрезжили сумерки, в комнату вошел стражник и сказал, что Господин поручил ему сопроводить рабыню для разговора с Гилой. Они вышли из комнаты и направились по узкому проходу в дальнюю башню замка.
— Я знаю, — шепотом сказал солдат, когда вокруг никого было, — Я узнал, кто донес на Гилу.
— Говори, — потребовала Ильма.
— Терри, — коротко ответил парень, — Он давно точил зуб на неё и искал подходящего случая.
— Понятно, — принцесса сжала кулачки так, что побелели пальцы, — Он подписал себе смертный приговор. Мерзавец.
— Будь осторожна с ним, рабыня, — предупредил стражник, — Он и на тебя затаил злобу.
— Спасибо тебе, — Ильма, замедлив на секунду шаг, коснулась рукой его плеча, — Сочтемся.
По винтовой лестнице они спустились в подвал и вскоре остановились перед тяжелой железной дверью. С противным скрипом отъехала в сторону задвижка, и девушка вошла в темную сырую камеру.
— Я подожду рядом, — сказал охранник.
— Господин Милард обещал, что мы будем говорить наедине, — возразила Ильма.
— Я знаю, — солдат согласно кивнул, — За дверью ничего не слышно. Когда захочешь выйти — стукни два раза. Я отопру.
Дождавшись, когда за ним закрылась дверь, принцесса огляделась. Гила сидела в углу темницы на охапке гнилой соломы. Она была обнажена. Руки и ноги её были закованы в тяжелые цепи, а на шее чернел толстый обруч, от которого к стене тянулась массивная цепь. Всё тело женщины было изрезано глубокими кровавыми полосами, а соски маленьких грудей чернели страшными ожогами.
— Тебя пытали? — Ильма с трудов выговаривала слова.
— Зачем ты явилась? — Гила бросила на неё полный ненависти взгляд.
— Я хочу поговорить с тобой, Гила, — Ильма опустилась на колени, — Я хочу помочь тебе.
— Лучше помоги себе, рабыня, — женщина толкнула девушку ногой, — Я хочу умереть, но Хозяин не будет торопиться. Он сперва вытянет из меня все жилы.
— Тебя выдал Терри, — прошептала Ильма.
— Какая разница, — Гила отвернулась.
— Если ты еще ничего не
