себя от подобного шага-движения в сторону Никиты... прижать Никиту к себе, обнять его — и в ответ получить реакцию, обусловленную извращенным пониманием секса как такового? За всё это время, что они были вдвоём, Никита не сделал ни одного гомофобского выпада — ни прямо, ни косвенно не обозначил своего негативного отношения к однополому сексу либо тем, кто секс такой предпочитает, и это не могло не обнадёживать Андрея... и вместе с тем — где была гарантия, что реакция Никиты будет адекватна природе, а не замшелым догмам, которые, быть может, уже успели прорасти в сознании парня своими ядовитыми корнями, исказив его представления о том, что в сексе делать «можно», а что делать в сексе «нельзя»? Не было у Андрея такой гарантии... «Андрюха... хуля мы мокнем? Я уже обмылся — я готов... хуй, бля, стоит — не хуже твоего... давай... девчонок, бля, вызываем!» — говоря это, Никита качнулся в сторону, пытаясь вылезть из ванны, но вместо этого его повело назад, и он наверняка бы грохнулся снова, если б Андрей, стремительно протягивая руки, не успел Никиту удержать... это произошло само собой: удерживая Никиту — не давая парню упасть, Андрей рывком притянул его к себе, тем самым прижимая его тело к телу своему... всё получилось более чем естественно, так что даже лукавый моралист, окажись он случайным свидетелем этой сцены, не смог бы бросить Андрею упрёк в том, что голый Андрей притянул — прижал — голого Никиту к себе «с целью дальнейшего развращения».
«Никита, блин... не падай! Держись на ногах... — Андрей, удерживая Никиту, одной рукой перехватил его поперёк спины, в то время как другая рука непроизвольно скользнула на Никитины ягодицы. — Держись за меня... руками... руками меня обхвати!» Говоря это, Андрей надавил ладонью на Никитины ягодицы, плотней прижимая Никиту к себе... и голый Никита, соприкоснувшись с голым Андреем, не дёрнулся от Андрея в сторону, не стал Андрея отталкивать, — податливо вжавшись пахом в пах Андрея, Никита вскинул руки вверх — обхватил Андрея за шею... не обнял, а послушно обхватил Андрееву шею, положив свои руки Андрею на плечи — никак не реагируя на то, что тела их с напряженно торчащими членами плотно прижались одно к другому... он, Никита, вообще не обратил на это никакого внимания! Между тем, Андрей, прижимая Никиту к себе — чувствуя животом горячий, напряженно твёрдый Никитин член, невольно двинул вперёд бедрами — скользнул своим твёрдым, сладостно залупающимся членом по животу Никиты, одновременно круговым движением ладони скользя по Никитиным ягодицам... это были вполне откровенные — внятные и понятные — движения, на которые Никита снова никак не отреагировал... то есть, Никита отреагировал, но отреагировал по-своему: «Андрюха... хватит нам мыться — звоним девчонкам... трахаться, бля... хочу трахаться! Девчонок зовём — трахаться будем...» — он, Никита, зациклившись на девчонках, Андрея явно не воспринимал в качестве возможного сексуального партнёра, в то время как Андрей, лаская ладонью Никитину задницу, с каждой секундой — с каждым движением бёдер — был в выражении своих чувств все откровеннее и откровеннее, — тиская покорно стоящего Никиту, сладострастно прижимая его к себе, Андрей возбуждённо рассмеялся: «Никита... какие девчонки — где мы их возьмём?» «Вызовём... по телефону вызовем! — отозвался Никита, позволяя Андрею себя лапать, ласкать и тискать, но при этом по-прежнему не делая со своей стороны никаких ответных движений. «Чтоб девчонок вызывать... чтоб их заказывать, нужны деньги... а у меня сейчас денег нет... обойдемся без них, Никита... без девчонок обойдёмся!» — Андрей, говоря это, вдавил-утопил указательный палец между Никитиных ягодиц — подушечкой пальца нащупал туго стиснутое Никитино очко... «Андрюха, блин... что ты делаешь? — засмеялся Никита, сжимая ягодицы. — В
