опустошив себя, самнит слез с подружки и откатился в сторону. Его член и яйца были мокры и липко-скользки, как от вагинального сока, так и от его же собственной спермы.
— Элатий, позволь мне...
Она не договорила, ухватила его всё ещё крепкий фаллос рукой и принялась сосать, жадно собирать языком всю влагу с его натруженного, потихоньку расслабляющегося ствола. После, они несколько минут лежали рядом молча. Наконец, борясь с накатившей вдруг дремотой, самнит спросил:
— Так о чём же говорили римлянки? Почему упомянули меня?
— Да откуда же я знаю? — Элфи хмыкнула. — Юлия, как я поняла, пригласила Сильвию к себе для решения каких-то их дел. А чтобы Сильвию никто не узнал, её лицо будет прикрыто маской Венеры. Мне кажется, эти две шлюхи затевают оргию. И ты, скорее всего, тоже примешь в ней участие.
— И когда же это произойдёт? — взволнованно спросил Элатий. Его дремоту, словно сдуло ветром.
— Ну, насколько я поняла, когда наш господин Кальпурний уедет в Неаполь. Дня через два-три.
Самнит вскочил с ложа и начал мерить шагами комнату. Всё рассказанное Элфи чрезвычайно взбудоражило его. Галлийка удивленно спросила:
— Ты что, такой?
— Мне надо подумать, — откликнулся Элатий. — Хорошенько подумать.
— О чём? Что так встревожило тебя?
— Мне пора, — вместо ответа выпалил самнит и начал собирать свою одежду.
Пока он делал это, Элфи сидела молча. Вид у девушки был грустный, на глаза навернулись слёзы. По правде говоря, после проведенной вместе ночи и только что произошедшего между ними, она ожидала от Элатия ласки, внимания, доброго слова. Но рассказ про римлянок, так захватило его, что самнит теперь игнорировал её. Это задело девушку. Лучше бы ей, вообще было промолчать. Рассказала ему всё, как последняя дура.
Когда он оделся и направился к двери, Элфи воскликнула:
— До встречи!
Он не вернулся к ложу и не подарил ей поцелуй перед прощанием, даже ничего не ответил, лишь, полуобернувшись кивнул и вышел.
Элфи уткнулась лицом в подушку. Плечи её вздрагивали от беззвучного плача.
* * *
Погода в этот день выдалась скверная. Холодный ветер дул резкими порывами. Низко нависающее небо было затянуто свинцовыми тучами. И вот-вот мог пойти дождь или повалить мокрый снег.
Перед тем, как покинуть лудус, Элатий облачился в тунику из теплой шерсти, поверх накинул ещё более плотный и теплый плащ-пенулу с капюшоном. Обулся в крепкие башмаки с толстыми подошвами и широкими ремнями, охватывающими ногу от ступни и почти до колена.
Элатий перешёл через бревенчатый мост, проложенный над глубоким оврагом, что огибал Эсквилин (1) и тянулся до самого Виминала (2) и вскоре добрался до Форума. Теперь, путь его лежал в сторону Палатинского холма, который следовало обогнуть с северо-восточной стороны. Добравшись до перекрёстка, откуда улицы вели на север к Виминалу, на юго-восток к Эсквилину и на юго-запад к Авентину (3) он выбрал последнее направление. (Специально для — ) Через несколько минут с правой стороны от дороги появилась оливковая роща. Миновав её, Элатий дошёл до очередного перекрёстка, обогнул небольшой храм Дианы с высоким куполом и вот, наконец вышел к дому легата Мария Флакка, расположенному на юго-западной оконечности Палатинского холма.
Это был двухэтажный особняк в эллинском стиле с богатой отделкой, по сторонам от центрального входа возвышались изящные коринфские колонны. Но в общем целом никаких ненужных излишеств. У хозяина было прекрасно развит художественный вкус и чувство меры.
Элатий укрылся в тени двух кипарисов на противоположной стороне улицы и начал ждать.
В этот ранний час горожан на улицах было ещё немного,... но постепенно Рим просыпался и начиналась его повседневная деловая жизнь. Слышались разговоры торговцев, начали открываться лавочки, по крупным полированным камням, которыми были выложены мостовые
