Валерка для секса со мной созрел — когда я увидел-почувствовал его направленное в мой адрес томление-желание, мне оставалось лишь протянуть руку, чтоб привлечь Валерку к себе... что я и сделал — к обоюдному удовольствию...
А вот с Васей всё вышло спонтанно — совершенно неожиданно... парень из нашего призыва вернулся из отпуска, по случаю чего после отбоя в каптёрке была организована маленькая пьянка; Толик в это время был в отпуске, Валерка был в наряде на полигоне, и когда за полночь изрядно подпитые сослуживцы расползлись по кроватям и в каптёрке остались только Вася и я, тут-то между нами всё и случилось... как известно, водка в иных случаях может вызывать прилив агрессии, а в иных случаях, наоборот, она же вызывает прилив неистребимого человеколюбия — это всем известные прописные истины; ну, и вот: будучи в нехилом подпитии, мы, оставшиеся в каптёрке, испытывая прилив человеколюбия, сначала говорили друг другу, какие мы офигенно замечательные парни, при этом, как это нередко бывает между пьяными, мы обнимались-братались, поначалу делая это без всякого видимого эротизма, причём Вася, обнимая меня совершенно искренне, дальше этих хотя и приятных, но пьяных объятий осознаваемо ничего сексуального не предполагал — ни о чём таком по причине отсутствия опыта ещё не думал, в то время как я, в свою очередь обнимая Васю, стискивая его за плечи, в порыве пьяного братания жарко прижимая его к себе, с каждой секундой чувствовал нарастание вполне конкретного возбуждения —
член в штанах у меня от этих дружеских тисканий невидимо напрягался, наполнялся жаром, сладостно затвердевал... оставалось лишь сделать решительный шаг, и я этот шаг не замедлил сделать — самым естественным образом я жарко, смачно засосал Васю в губы, одновременно с этим прижимая его покладисто покорное тело к себе, и Вася, который был пьян не меньше моего, так же естественно отдал свои губы во власть губ моих, как будто это — взасос целоваться с парнем — было для него самым обыденным делом... какое-то время мы с пьяным упоением страстно целовали один одного взасос, обнимались-тискались, не опуская руки ниже пояса... наконец, возбуждённо блестя осоловевшими от кайфа глазами, Вася горячо выдохнул: «у меня, бля, встал!» — как будто от всего того, что мы с таким упоением делали, у кого-то другого мог не встать; «и у меня... у меня тоже встал — тоже стоит!» — незамедлительно отозвался я, и тут же, совершенно правильно восприняв это взаимное признание как сигнал к дальнейшему углублению отношений, я уверенно скользнул нетерпеливой ладонью к Васиной сильно взбугрившейся ширинке... дальше всё было так же естественно, как совершенно естественно было всё до этого: не успел я приятно удивиться размеру Васиного «бойца», как Вася, у которого от нежданно-негаданно открывавшихся возможностей слегка снесло крышу, тут же предложил мне взять в рот — друг у друга пососать...
так и сказал, не моргнув глазом: «давай пососём... ты у меня, а я — у тебя... друг у друга — хочешь?» — и мы, до колен приспустив с себя штаны, какое-то время один у одного сосали, поочередно садясь-опускаясь друг перед другом на корточки... что у Васи, малость смазливого младшего сержанта, должен быть приличный по размерам член, я не раз думал-предполагал, видя Васю в бане, но в бане член у Васи, как и у всех остальных, висел-болтался в состоянии покоя, так что мне оставалось лишь гадать, сколько в нём может быть сантиметров, когда он встанет, и вот — Васин член стоял колом, то есть был в состоянии полной эрекции, и я его член сладострастно ласкал губами, — какое-то время мы с упоением, с наслаждением друг у друга сосали... потом, внутренне ликуя, я торопливо постелил на полу какое-то одеяло, и мы вновь друг у друга сосали — заглатывали друг друга одновременно, лёжа на полу валетом со спущенными штанами... член у Васи
