Реда.
— «Завтра заберу конверт», — решил я.
Забылся я тяжелым сном. Но спал я не долго. Сильные, свежие, неизгладимые впечатления, необычайных и для ночи, рано разбудили меня. Позавтракав и совершив небольшую прогулку, я уселся за свои записки и провел за ними почти целый день, занес в них я, кажется, все. После этого почувствовал я себя немного легче. Как будто часть тяжелого груза свалилась с плеч. В утренних газетах я с интересом прочел описание ограбления конторы какого-то Иссии. Сообщалось, что задержали двух женщин, подозреваемых в участии в этом деле. Сообщалось, что: «Два полисмена, проведшие несколько часов во дворе соседнего дома, с заткнутыми тряпками ртами, надетыми на головы брезентовыми мешками и, привязанные к столбам деревянного забора, после своего освобождения показали, что они встретили «Мисс Динамит» в сопровождении сотрудника французского посольства по имени Анри. Фамилию они не помнят. Их сообщники, напав на полисменов, парализовали их действия. На очной ставке, с задержанными женщинами, полисмены проявили некоторое колебание в опознании одной из них, ссылаясь на то, что в темноте ясно разглядеть «Мисс Динамит» они не могли. Расследование в отношении этой женщины, оказавшейся иностранной подданной, будет проведено в возможно кротчайший срок, в виду решительного протеста против ее задержания германского консула. В газетах так же говорилось о том, что — «сделано официальное представление французскому консулу по поводу упомянутого некоего Анри, поведение которого, безусловно, указывает на его прямую связь с разыскиваемой «Мисс Динамит». В представлении приведенного описания наружности этого француза со слов полисменов». На последней страннице я прочел объявление:
«В районе взрыва конторы господина Иссии найден сверток ношенной одежды. За справками обращаться в 17-й полицейский участок».
С новой силой и быстротой кружились мои мысли. Какую же наиболее правильную линию действий избрать после такого кругооборота событий? Искать документы Ришара? Но теперь они ни что иное, как не досягаемый мираж. А пробудившееся и вспыхнувшее с такой силой чувство страсти к прекрасной француженке? Но ведь это тоже мираж и ничего более. Из памяти все настойчивее выплывает образ моей маленькой Кито. Где она? Ясно, пожалуй, одно, что путь к ней могут указать лишь «мирные люди». Ну а если... Нет, надо еще раз продумать все, сказанное в штабе. Еще и еще раз все взвесить, тщательно обдумать. И если придется что-то решать, то ничего половинчатого здесь быть не может. Или — или... А значит... совершенно трезво, но и смело взглянуть на все вещи и точно оценить реальную обстановку.
Гром небесный! Как же это случилось? как в этом разобраться? Вчера вечером, собравшись с духом, я позвонил Дине, попросив позволения взять у нее забытый, как я вежливо выразился, конверт. Дина тотчас же без малейшего колебания, попросила меня зайти к ней немедля. И вот я у нее. Она одна. Печально и с каким-то не то страхом, не то недоумением взглянула она на меня так, что я даже оторопел.
— Вот конверт. Возьми, — тихо проговорила она, обращаясь ко мне по-прежнему на «ты».
— Благодарю.
Я положил конверт в карман.
— Нет, взгляни сейчас же, что там!
Я немедленно вынул почему-то задрожавшими пальцами конверт, извлек из него фотокарточку и взглянул на нее. Еще ничего не сообразив, я почувствовал, что произошло что-то страшное. На фотографии я сразу узнал себя, снятым тогда, когда я был еще школьником и рядом с собой маленькую сестру. На обратной стороне фотокарточки рукой отца было написано:
«Жерар и Элли, Марсель 1939 г.»
Я вертел в руках карточку и напряженно думал:
«Марсель... Жерар и Элли. Да... но что же здесь»... Я снова всмотрелся на фото. Рядом со мной сидела девочка с очень знакомым лицом. Очень! Мой растерянный взгляд остановился на лице Дины... Боги
