*
Большой Цирк взорвался громовым рукоплесканием при появлении очередного бойца. Многие знали Элатия, являлись его поклонниками. Девушки бросали на песок цветы и платки. Глашатай, находившийся неподалеку от почетных мест где восседали ... консулы и другие высшие магистраты города поднялся и приложив к губам рупор в форме турьего рога объявил.
— Почтенные квириты и гости, перед вами Элатий Непобедимый — самнит.
Поднятием меча Элатий приветствовал консулов и ряды зрителей. Море лиц и море глаз, десятки тысяч вскинутых вверх рук и общая жажда предстоящего зрелища. Вся эта толпа словно огромный, ненасытный, кровожадный зверь. Мужчины, женщины, дети — нация гордых победителей-римлян, ногами попирающая весь остальной мир.
Что ж, кто бы не вышел сейчас из ворот, расположенных напротив, он покажет этим квиритам зрелище. И они эти гордые господа будут произносить его имя. Имя раба. Мужчины с завистью, женщины с трепетом и вожделением.
* * *
— Так это и есть тот самый знаменитый самнит?
Вопрос задала юная необыкновенной красоты матрона, сидевшая на одном из почетных мест близ Триумфальных ворот Цирка.
Это была Сильвия Децимна — жена славного легата (8) Мария Флакка, горячего приверженца Гая Мария и вновь избранного консула от партии популяров Луция Корнелия Цинны.
Светловолосая Сильвия была столь прекрасна, столь блистала красотой, что казалось, будто в этой юной дочери Рима воплотилась сама Венера. Стройный, гибкий стан её и округлые плечи, высокие упругие груди и плавные изгибы бедер облекала, струясь золотым шитьём и ниспадая там где это необходимо мягкими складками белоснежная туника из тончайшей шерсти особо тщательной выделки, что производят только в Таренте. Поверх туники на плечи был накинут плащ-пала, обшитый снизу и по краям мягким пухом.
Светлые волосы Сильвии были убраны в красивую высокую прическу, на лбу над тонкими бровями вились колечками и двумя красивыми изящными завитками спускались на плечи вдоль тонкой изящной щейки. Черты лица юной аристократки, преисполненные благородства, и в т же время лишенные всякого высокомерия, напротив поражали живостью и открытостью, что свойственны большинству юных девушек, независимо от их происхождения. Это подчеркивалось и огромными синими, лучистыми глазами, обрамленными длинными густыми ресницами и открытыми улыбками, которыми молодая матрона приветствовала многочисленных друзей супруга, занимавших места по-соседству. Сильвии Децимне было 20 лет. Её брак с легатом Марием Флакком продолжался второй год и был вполне счастливым. Этому способствовали и высокое положение в обществе, и достаток семьи. На следующий год они собирались обзавестись потомством.
Марий Флакк — легат 8-го италийского легиона был зрелым мужем 45-ти лет. Свою военную карьеру он начал в Африке, где шла война против нумидийцев, затем сражался под орлами Гая Мария против орд кимвров и тевтонов. В Союзнической войне находился под командованием Суллы, хотя после разошелся с ним по политическим взглядам. После выставления Суллой своей кандидатуры на пост консула, Марий Флакк уехал на свою загородную виллу в Этрурии и жил там с молодою супругой вдали от страстей и кровавых драм, потрясавших в те годы Рим. Лишь после того, как Сулла, установив свои порядки и получив полномочия (точнее присвоив их) отправился на Восток на войну с Митридатом Понтийским, Марий Флакк стал время от времени появляться в Риме. Сильвия по-прежнему прибывала в их загородном имении. Лишь убедившись, что в столице стало безопасно и заручившись поддержкой других популяров, мечтающих уничтожить диктатуру Суллы, а заодно и всех его сподвижников, Марий привёз супругу в Рим, подгадав, когда консулы устроят игры в Цирке.
Шумная, беспокойная жизнь столицы произвела на юную супругу легата огромное впечатление. За два года проведенные вдали от Рима
