ухмыльнулся своим мыслям, — скучно не будет. Что означала эта загадочная фраза, я тогда так и не узнал, потому что мой ... проводник отрубился на полуслове и не просыпался до самого Свердловска. Дальше был самолет, снова поезд. Много снега и сплошная неизвестность впереди. Последней остановкой был полустанок с каким-то незапоминающимся названием — то ли Ударник, то ли Новострой: Там к нам присоединились еще семеро — шесть моих собратьев по несчастью и сопровождавший их сержант, радостно вылетевший навстречу моему старшине.
— Лёха, блин, уже два дня тебя здесь жду! Что так долго?
— Что, что: Костик, ты ж знаешь капитана, — спецзаказ был.
— Ну, показывай, что нашёл?
Повернув свою голову с не по-армейски длинной белой шевелюрой, и заметив меня, сержант бросил скептический взгляд и обернулся к другу:
— Деревенский он какой-то. Что, получше не было?
— Пошёл ты: Этот хотя бы радист и тихоня к тому же. Меньше проблем будет. Ты-то что накопал?
— Ай, — отмахнулся Костик, — нарвался на такого долбоёба — даже выбрать не дал, говорит, есть заявка на радистов — вот и бери, что дают. Да сам смотри!
Курившие в стороне новобранцы и вправду были больше похожи на сбежавших из колонии для малолеток — почти все тощие, дикие, одетые в фуфайки и драные куртки. Я решил, что мне лучше держаться с ними. Подошел, познакомились. Всех их привезли из Нефтеюганска, а двое деревенских крепышей — Пашка и Антон — даже были двоюродными братьями. Выяснилось, что с полустанка нас машиной отвезут на базу, с которой вертолётом — уже до места. Но повезут только завтра, а ночевать придется опять в клоповнике рядом с вокзалом. Но зато скоро ужин, а еще — у них припрятана водка, так что за знакомство выпьем. В последний раз на гражданке. После тряски на поезде водка оказала мгновенное снотворное действие, и я сам не заметил, как уснул:
Проснувшись среди ночи из-за срочной необходимости отлить, я долго не мог понять, где, собственно, нахожусь. Потом, оглядевшись по сторонам, рассмотрел наш \"номер-люкс\» барачного типа и сразу всё вспомнил. Тоскливо стало до жути, и домой захотелось: Шлёпая босыми ногами по холодному бетонному полу, я добежал до туалета на другом конце коридора, и, встав над полу разбитым унитазом блаженно расслабился. Звук падающей струи казался неимоверно громким в ночной тишине, но когда, наконец, из меня вылилось всё выпитое за вечер, я услышал еще какой-то невнятный шум. И доносился он из отдельной комнаты, в которую поселили наших сопровождающих. Её дверь была почти напротив туалета, так что слышимость была практически идеальной, а характер происхождения звуков не мог вызывать никаких сомнений. Шлепки друг о друга голых тел, тяжелое дыхание и приглушенные стоны: там явно трахались. Но где в такой глуши эти вояки нашли себе подругу? Кроме бабульки, приносившей нам постельное белье, я никого не видел.
Раздираемый любопытством, я на цыпочках подошёл к двери и наклонился к замочной скважине размером почти в два пальца. Свет уличного фонаря, учитывая отсутствие занавесок, заливал комнату не хуже театрального прожектора. В двух шагах от двери спиной ко мне на коленях стоял белобрысый сержант и трахал кого-то в позе \"по-собачьи\». Впервые в жизни я видел ЭТО не на экране, а живьем. Мой член отреагировал мгновенно. Он вскочил, упираясь в резинку трусов, и я, освободив его, начал дрочить, сначала стараясь синхронизировать движения руки с толчками ягодиц Костика, а потом просто обхватив член двумя руками и двигая тазом в ритм происходящему за дверью. В тот же момент, когда из-за двери донеслось рычание и сержант задергался в судорогах оргазма, и я, еле сдерживая стоны, толчками выплеснул из себя все, что копилось несколько суток. Оргазм был такой силы, что у меня закружилась голова, но когда он схлынул, меня пронзила
